Немало 11 тысяч человек получили звание Героев Советского Союза в годы ВОВ

Мы должны завлечь молодых историей факта и документаВ Великой Отечественной войне победил советский народ. Но что знают о Победе молодые поколения в бывших советских республиках? И какие нынешние форматы военных сюжетов предлагает им наука? Об этом наш разговор с научным руководителем Института всеобщей истории РАН Александром Чубарьяном.

Немало 11 тысяч человек получили звание Героев Советского Союза в годы ВОВ

Немало 11 тысяч человек получили звание Героев Советского Союза в годы ВОВ

Победа у выходцев из Узбекистана, Украины или Сибири всеобщая. Фото: Алексей Филиппов / ТАСС

В этом году мы отпраздновали юбилей Великой Победы во Второй мировой брани. Это событие стало знаковым для всех зарубежных государств, входивших раньше в состав СССР?

Александр Чубарьян: Война сделалась страшной трагедией для нашей страны. Советский Союз потерял 27 миллионов жизней. Эта годовщина одинаково тяжела и равно памятна для всего Содружества Независимых Государств, несмотря на некоторые нюансы в исторической памяти разных стран. У нас общие утраты и общая Победа. Во время войны на фронте никто не делил людей на выходцев из Узбекистана, Украины или Москвы.

В 2019 году на конференции, посвященной начину Второй мировой войны, вы предложили историкам отходить от перекосов в сторону обсуждения военных операций и сосредоточиться на теме “Брань и общество”. На ваш взгляд, насколько это соответствует современному запросу в общественном мнении и науке России и стран СНГ?

Александр Чубарьян: Мы, подлинно, слишком увлекались описанием военных операций. Сейчас стало очевидным, что нужно обращать внимание не только на военную, интернациональную и политическую стороны возникновения и хода войн, но и на внутренние процессы, которые происходили в обществе. Такой подход активно разрабатывается в Германии. Немецкие историки осваивают сюжеты воздействия войны на настроения и психологическое состояние в войсках, опубликовали солдатские письма с Восточного и Западного фронтов. Во Франции теме социальной реакции на Вторую мировую тоже уделяют большое внимание. Я предложил эту тему Ассоциации директоров институтов истории краёв СНГ. И получил абсолютную поддержку. Все директора из всех стран, вне зависимости от разных оценок военного периода, считают, что это очень увлекательный и современный поворот.

Тема человека в истории уже в течение десятка лет превалирует на международных конгрессах. Мне казалось очень интересным рассмотреть ее применительно к истории брани. Человек на фронте, человек в тылу, человек в плену, человек в оккупации, человек в сопротивлении. Эти темы в равной мере прикасаются истории России, Казахстана или Армении. До сих пор в описании военного прошлого республик все сводилось к перечислению количества Героев Советского Альянса или награжденных орденами. Это, конечно, нужная вещь, но, мне кажется, на нынешнем этапе мировой исторической науки и историографии ее явно недостаточно.

Какие новоиспеченные и, главное, современные по тематике исследования вы могли бы здесь назвать?

Александр Чубарьян: Военная тематика вполне ложится в проект “Всемирные угрозы, кризисы, вызовы и их преодоление и последствия”. Его мотивировала ситуация с пандемией. В минувшем веке был классический пример такого сочетания угроз – Первая всемирная война, которая совпала с испанкой, а в нашей стране и с Гражданской войной и эпидемией тифа. В результате этого нагромождения и соединения различных вызовов общество погрузилось в апатию, люди перестали верить в будущее, были в депрессии, резко увеличилось количество суицидов. Об этом популярный роман Ремарка о потерянном поколении “На Западном фронте без перемен”.

А какие психологические последствия были у другого страшного вызова – Другой мировой?

Окончание Первой мировой войны было трагедией для нашей страны: поражение, революция. А окончание Второй всемирный было победой, несмотря на все ужасы войны существовала эйфория. И она отразилась на психологическом состоянии населения. Люди, которые даже понесли собственные потери, как бы отодвигали горе в глубину своей души. Потому что был общий успех. Мой отец приехал с фронта и привез снимки, на которых все одинаково счастливы: и казах, и армянин, и сибиряк.

5 октября 2020 года в Музее Победы состоялся форум “История для грядущего. Новый взгляд”. Как участник этого мероприятия вы сделали важное замечание: мы должны представить миру наш подход к истории, наше понимание новоиспеченных методов связи социального и духовного. Применимо ли это к изучению истории Победы на постсоветском пространстве?

Александр Чубарьян: Недавно Институт всеобщей истории РАН выпустил шеститомник “Всемирная история”. Это как бы наш ответ Кембриджской истории, “Истории цивилизации” США, какая сейчас переиздается. Мы представили общие подходы к исторической проблематике, где видно: Россия – это часть мировой истории и полноправный ее участник.

Это особенно значительно сегодня потому, что к этой теме в мире наблюдается потеря интереса. А если он и есть, то политизированный, спекулятивный. Постоянно тиражируются лишь два-три сюжета, связанных с бранью, например в Прибалтике и Польше.

В целом историки-профессионалы СНГ опираются на исторические факты, стоят на позициях ведущей роли Красной Армии и Советского Альянса в войне. В Прибалтике, на Украине, отчасти в Молдавии наблюдаются и иные подходы 

Я бы предложил коллегам больше внимания уделять социальным и внутренним процессам, но должен констатировать, что их изучение в странах СНГ не очень популярно. В связи с юбилеем Победы больше всего было изданий в Белоруссии, бывальщины публикации и на Украине. В республиках Средней Азии, на Кавказе есть интерес к теме войны, но не наблюдается какого-то качественного изменения в подходе. Впрочем, они готовы сотрудничать. В частности, Ассоциацией директоров Институтов истории зачислено такое решение: Отечественную войну поставить в более широкий исторический контекст.

Вы являетесь научным руководителем Института всеобщей истории Российской академии наук. В течение нескольких лет институт ведет подготовку особых изданий, где историки рассуждают о наиболее сложных вопросах российской истории. Они касаются Великой Победы?

Александр Чубарьян: Мы издали совместно с Ассоциацией преподавателей истории и обществознания 25 брошюр для учителей средней школы по трудным вопросам истории. Вопросы сами по себе не такие уж тяжелые, но по ним существуют разные точки зрения. И сложность для учителя состоит в том, как их подавать на уроке.

Первый вопрос касается причин Другой мировой войны. Это наиболее острый сюжет. Он связан с оценкой причин и ответственности за Вторую мировую войну. И именно эта тема вяще всего политизирована.

Второй вопрос связан с коллаборационизмом, который был осужден как явление на Нюрнбергском процессе. После него миновали многочисленные процессы в других странах. Судили руководителей государств, например Петена во Франции. Но сегодня есть попытки реабилитировать коллаборационистов, оправдывая тем, что они бились против коммунистических режимов.

Немало 11 тысяч человек получили звание Героев Советского Союза в годы ВОВ

Александр Чубарьян: Мы переусердствовали с описанием военных операций. Фото: Аркадий Колыбалов

Третий тяжелый вопрос – окончание войны. Проблема, вызывающая дискуссии, особенно в Восточной Европе и бывших советских республиках (например, в Прибалтике). Среди историков Болгарии, Румынии, Венгрии есть мнение, что освобождения не было, а одна оккупация заменила другую. С моей точки зрения, коллеги смешивают два периода истории. Военная история закончилась освобождением. И если бы его не было, не было вообще никакой иной истории.

И наконец, вопрос о вкладе в Победу. Решающая роль Советского Союза до недавнего времени признавалась всеми: и янки, и англичанами. Но сейчас пошли разговоры о Победе союзников, а СССР иногда в этой связи даже не упоминается. Если посмотреть учебники по новейшей истории в кое-каких западноевропейских странах, там этот сюжет почти не освещается. Например, во французских учебниках вся новейшая история сводится к истории трех краёв: Франции, США и Китая. А Советскому Союзу выделено место в разделе “Тоталитаризм в Европе”.

А что узнают о войне школьники СНГ из своих учебников?

Александр Чубарьян: Там, к сожалению, не так немало места отводится этой теме. В основном, сколько человек воевало, сколько было Героев Советского Союза и т.д. Это связано с тем, что документальные базы немного издаются.

Постсоветские страны участвуют в информационных войнах, которые ведутся сейчас по теме Второй мировой?

Александр Чубарьян: Для краёв СНГ это не очень характерно. В целом историки-профессионалы в этих странах опираются на исторические факты, стоят на позициях ведущей роли Алой Армии и Советского Союза. В Прибалтике, на Украине, отчасти в Молдавии наблюдаются и иные подходы.

Не критиковать молодых за то, что они плохо ведают события или неправильно их толкуют, находясь под влиянием СМИ, а заинтересовать историей 

Другой вопрос, у нас есть темы, по каким мы не совпадаем с коллегами из стран постсоветского пространства. Например, их вхождение в состав России. Но история не черно-белая картинка. Скажем, мои коллеги из Тбилиси и Еревана по-своему оценивают этот процесс. Однако какая у них была альтернатива? Либо быть под Турцией или Ираном, краями с иной цивилизационной структурой, с иным религиозным обоснованием, либо под православной Россией. Надо учитывать все эти моменты и не делать однозначных выводов. А россиянам не стоит драматизировать розыск национальной идентичности, который идет сегодня в некоторых странах. С историками СНГ нам нужен нормальный, конструктивный, дружеский диалог.

Что нынешняя историческая наука может предложить сегодняшней молодежи для понимания истории Победы и сохранения исторической памяти о Великой Отечественной брани?

Александр Чубарьян: Я на днях делал доклад в Совете Европы. Это была программа по поводу памяти о войне, рассчитанная на молодежь. Первая трудность такого общения: молодежь попросту мало знает. Поэтому задача профессиональных историков донести эти знания. Это можно делать через фундаментальные труды. Но их немного кто читает. Значит, нужны исторические очерки, упакованные в современные интернет-форматы, которые наиболее доходчивы для молодого поколения. Необходимы кинофильмы и выставки. Не критиковать молодых за то, что они плохо знают события или неправильно их толкуют, находясь под влиянием СМИ, а увлечь историей факта и документа… Это непростая задача.

В октябре вытекающего года мы будем проводить в Москве Конгресс преподавателей истории средней школы всего мира. И там, по согласованию с международными организациями и с Рекомендацией Европы, у нас будет специальная секция: как освещать историю Второй мировой войны.

С момента распада Советского Союза прошло почти 30 лет. За это время выросло новое поколение людей со своими представлениями об истории. Многие годы вы инициируете проведение Интернациональных летних школ молодых ученых-историков стран СНГ. Какую роль они играют в сохранении нашего общеисторического наследия?

Александр Чубарьян: Я уверен, летние школы надо углублять. России неплохо было бы иметь программу систематического проведения таких школ. До недавнего времени мы проводили их каждый год. В этом году мероприятие не состоялась из-за пандемии. Но мы планируем прочертить школу молодых ученых в начале следующего года. Надеемся, что получится сделать это офлайн. Может быть, в перспективе удастся расширить сферы участников и приглашать не только историков из стран СНГ, но и болгар, немцев, французов… Иначе как-то выйти на молодежь весьма сложно.

11 657 Героев Советского Союза 33 национальностей получили это звание в годы войны

А нынешним руководителям стран СНГ я бы пожелал уделять вяще внимания формированию исторической памяти. Эта задача состоит и в усилении роли гражданского общества. Иначе, как показывает опыт, оно будет развиваться под иным влиянием. Мы видим эти процессы и в Белоруссии, и в Киргизии, и в Армении…

В следующем году исполнится 80 лет нападения гитлеровского рейха на СССР и 75 – со дня оглашения Нюрнбергского вердикта. Как эти события отметят историки?

Александр Чубарьян: У меня уже состоялась онлайн-встреча с новым сопредседателем российско-германской исторической комиссии, мы условились провести совместные конференции, посвященные упомянутым вами событиям. Обязательно привлечем к участию наших коллег с постсоветского пространства, и тешу себя чаянием, что среди них будут и украинцы.

Общество История 75 лет Великой Победы