Евгений Понасенков разъяснил, как расчленитель Соколов стал “известным историком”

Новость опубликована: 10.07.2020

Евгений Понасенков разъяснил, как расчленитель Соколов стал "известным историком"

“НИ” заметили дату рождения убившего свою сожительницу Олега Соколова в перечне Памятных дат – и решили выяснить, чем же он так интересен обществу? За комментарием мы адресовались к главному оппоненту Соколова и автору нашумевшей книги об истории Войны 1812 года, Евгению Понасенкову.

Наталья Сейбиль

– Евгений, СМИ разузнали о существовании бывшего доцента Соколова только после того, как его выловили в Мойке с двумя отрубленными руками его девушки. Как вы размышляете, почему его день рождения мог оказаться в списке памятных дат событий и в одном ряду с действительно выдающимися людьми?

– Е.П.: Все очень попросту: во-первых, начальство Соколова в СПбГУ пытается спасти свою «шкуру» (ведь я их заранее публично предупреждал, что Олег опасен и его надо сократить), во-вторых, Соколов состоял членом Российского военно-исторического общества, которое возглавляет экс-министр Мединский. Им всем надо как-то задним числом разъяснить, что они приняли к себе не просто ряженного брюхатого шута, не плагиатора научных идей и не опасного маньяка, а приличного индивида. Вы неизменно отметили, что вы о нем никогда не слышали до того момента, как он убил и расчленил девушку. А большинство историков о нем узнали только после того, как он и его ряженные подручные начали нападать на меня из зависти к успеху моего фундаментального труда.

– Да, мы помним, что он продул вам суд в октябре прошлого года – и через несколько дней после этого застрелил сожительницу. А не мог ли успех вашей «Первой научной истории брани 1812 года» его дополнительно «взвинтить»?

– Е.П.: Нет, это совсем разные сюжеты. Он украл мои концепции, которые были мной опубликованы в 2001-2002 годах, после бесился из-за того, что моя монография стала бестселлером, но это никак не связано с убийством его сожительницы. И все помнят опубликованное заявление иной выпускницы СПбГУ, в котором она рассказывает, как Соколов несколько лет назад её зверски избивал, подвешивал за волосы, подносил раскаленный утюг и угрожал, что убьёт, а труп закопает на свалке. То есть – это же суть его маньячной натуры.

И я все это в роликах озвучивал – и про избиение девушки, и про избиение студентов на его лекции, и про кража идей, опубликовал экспертные материалы из Российской академии наук, которые единогласно подтверждают, что он своровал чужие идеи. Но директор Института истории СПбГУ Абдулла Даудов не внял этому. Немало того, Даудов настолько лишён и тени совести, что лгал прессе, что ему не поступало сигналов (хотя к нему ещё и лично в кабинет приходил истертый на лекции его сотрудника студент, лично в физию тыкал публикацией заявления избитой девушки!). Не лежит ли и на начальстве Соколова ответственность в случившемся аде? Вообще это весьма стыдно, что на такой должности (на должности декана, директора института) сидит подобный совсем «серенький» товарищ, но очень спокойный ректору – ему яркие личности, очевидно, не нужны. А этот даже и по-русски не очень хорошо изъясняется. Там за всю жизнь какая-то третьесортная книжечка в страниц 200-250. К образцу, у меня уже капитальные труды по 900 страниц… Отсюда и зависть, поэтому он меня и ненавидит – и готов поддерживать убивца, который, кстати, и про него гадостей много говорил (естественно, за глаза: Олег же трус и лицемер). Ларчик всегда открывается биологически попросту.

– Но давайте вернемся к Соколову. Что вы можете сказать о его биографии, которую сейчас пытаются приукрасить?

– Да не приукрасить, а просто выдумать, интернет – все стерпит, а люд не готовы проверять по живым бумажным документам. Во-первых, Соколов учился всего лишь на вечернем отделении истфака. Об этом все молчат! Сами соображаете, что за уровень у совковых вечерников… В итоге к 63 годам он оставался всего лишь доцентом – и весьма от этого комплексовал. С его так именуемой кандидатской отлично разобралась студентка СПбГУ Катя Платонова. Олег, по сути, скрывал текст, но она разыскала – и сделала вывод, что там цело компиляции всего с двух французских книжек. Позор на позоре. Надо бы, кстати, его и степени лишить. Докторскую Соколов так и не сумел награфоманить, желая у нас этих «докторов» – как собак не резанных: Мединский вот тоже, извините, «доктор наук». Соколов, по сути, никакой не историк, журналисты мастерят принципиальную ошибку, называя его историком: он просто ряженный, который часто в нетрезвом виде изображал из себя генерала эпохи Наполеона. Постигните: любительское занятие униформой – это не классическая историческая наука, это не история экономики, дипломатии, общества – то есть глобальных процессов.

И вот факты! Вы лишь представьте: к 63 годам у него не было ни одной книжки, изданной с грифом «научное издание» или «монография». Кто его взял на труд? Соколов ни разу не участвовал в ежегодных научных конференциях, проходящих в музее на Бородинском поле и в музее-панораме «Бородинская битва». А ведь это, на практике, непременно для тех, кто хочет заниматься наполеоновской эпохой. Для сравнения – я участвовал в этих конференциях регулярно, и одну из моих концепций он украл собственно из моего доклада, опубликованного в сборнике «Бородинской панорамы». Соколов ни разу за всю жизнь не выступал в Российской академии наук, о его существовании там попросту не знали. Опять же для сравнения – я участвовал регулярно, даже читал доклад на заседании аж Научного совета РАН (само выступление тут).

Но собутыльники Соколова, мои завистники (а таких ущербных неудачников очень много) и те, кто пытаются спасти свою шкуру в СПбГУ намастерили и продолжают мастерить сотни фейков про его «публикации» и «заслуги». А пресса это «жрёт» без проверки. Ну, и чтобы затворить тему, я вам перешлю заключения ведущих экспертов из Института Российской истории Российской академии наук и из Института русского стиля Российской академии наук. Это – учёные с мировым именем. Кстати, о существовании Олега они узнали только тогда, когда юристы к ним адресовались за мнением.

Выводы экспертов Российской академии наук:

1) Лингвистическая экспертиза:

Проведенное исследование структуры аргументации фрагментов книжек Понасенкова Е.Н. «Правда о войне 1812 года» (М., 2004, с. 106-109, с. 123) и Соколова О.В. «Битва двух империй. 1805-1812» (М., 2012, с. 357-365), «Аустерлиц. Наполеон, Россия и Европа. 1799–1805 гг.» (М., 2006, т. 2, с. 102-103), демонстрирует, что значительная часть тезисов и аргументов, занимающих центральное место в обсуждении причин возникновения войны 1812 г., близки по семантике, будучи синонимическими вариантами товарищ друга с существенной степенью семантического сходства. В проанализированных фрагментах отсутствуют ссылки авторов друг на друга. Отсутствие ссылок на оригинальные научные итоги ученого при их воспроизведении другими исследователями представляет собой некорректное заимствование в научных трудах, опубликованных позже, что может рассматриваться судом как та или другая форма плагиата.

Заведующий отделом экспериментальной лексикографии Федерального государственного бюджетного учреждения науки Института русского стиля им. В.В. Виноградова Российской Академии Наук, доктор филологических наук профессор А.Н. Баранов

2) Историческая экспертиза:

Е.Н. Понасенков впервые в отечественной и зарубежной историографии высказал идею (и обосновал ее в облике научной концепции) о том, что присоединение к блокаде Англии не могло быть причиной войны 1812 года (ни с экономической, ни с политической точки зрения). Особый ударение исследователь сделал на то, что причиной финансовых проблем Российской империи стали расходы на военное ведомство и неразбериха в финансах. Этот тезис становится и одним из краеугольных камней иной концепции ученого – относительно вины императора России в конфликте 1805-1815 гг. По мнению Е.Н. Понасенкова у царя не было нужды не соблюдать условий Тильзитского мира и конфликтовать с Французской империей. Е.Н. Понасенков считает возможным утверждать, что большую, если не всю доля ответственности за серию войн несет император Александр I. Подобные же тезисы были опубликованы через несколько лет в работах О.В. Соколова; в них, к сожалению, отсутствуют ссылки на упомянутую монографию (и иные работы) Е.Н. Понасенкова.

Ведущий научный сотрудник Института российской истории Российской академии наук, член бюро Научного Рекомендации РАН «История международных отношений и внешней политики России», директор-учредитель «Центра научных и прикладных исследований в области истории «Институт национальной памяти», кандидат исторических наук Колодникова Л.П.

Скан целой версии обеих экспертиз.


Евгений Понасенков разъяснил, как расчленитель Соколов стал "известным историком"