Хроника Хиосского и Чесменского сражений, в каких русские моряки проявили феноменальное мужествоЭти выдающиеся победы были одержаны 250 лет назад вопреки всему.

Хроника Хиосского и Чесменского сражений, в каких русские моряки проявили феноменальное мужество

Начин Хиосского сражения. Русский флот начинает поворачивать вдоль турецкой линии. Эскиз к картине Я.-Ф. Хаккерта.

Екатерининская эпоха (1762 – 1796) лишь начиналась.

Еще никто не знал, что это будет “громкий век военных споров, свидетель славы россиян” и взлета их культуры.

Россия не имела еще выхода к Черноволосому морю, на западе ее границы едва доходили до Днепра.

Она еще только училась у Европы изящным искусствам. Только начинали творить Левицкий, Рокотов и Баженов, был еще никем Матвей Казаков, никто еще не слышал о Державине…

В русском дворянстве Простаковых и Скотининых еще не переменили Онегины или хотя бы Ларины, нередким явлением были неграмотные офицеры из дворян – до капитанов включительно!

Русский флот не провел еще ни одного генерального сражения – и даже не сходил за пределы Балтийского моря.

Да и куда бы он вышел с дурно построенными кораблями?

Горе-флот

Корабли строили из сырой, не просушенной в течение желая бы трех лет древесины. Детали набора и доски высыхали (уменьшаясь при этом в объеме) уже в корпусе корабля. В результате ослабевали сочленения, являлись щели, из пазов вываливалась конопать – и корабли расшатывались, текли и гнили.

А кто вел бы их в дальние походы и генеральные сражения?

Флот все еще оставался для русских чем-то чужеродным. Изрядная доля морских офицеров, констатировала в 1763 году столичная комиссия, суть лица, “по большей части поневоле записанные”1.

Такие служили лишь “от и до” – и то норовя отделаться “как легче”…

Порядочная часть матросов состояла из вчерашних рекрут. Ведь на то, чтобы стать “добрым матросом”, требовалось не менее пяти лет, а за это пора многих сводили в могилу болезни. На смену им набирали новых – и все начиналось сначала…

Хроника Хиосского и Чесменского сражений, в каких русские моряки проявили феноменальное мужество

Контр-адмирал Джон Эльфинстон.

Но в ноябре 1768 года завязалась война с Турцией, и Екатерина II повелела направить две эскадры в Средиземное море. Одна (адмирала Григория Спиридова) должна была гарантировать высадку десантов в Греции – чтобы поднять там восстание против турок. А другая (контр-адмирала Джона Эльфинстона) – пресечь подвоз товаров в Стамбул.

Спиридов тронулся в линия 26 июля 1769 года, Эльфинстон – 9 октября.

Как и следовало ожидать, это оказался не путь, а Голгофа.

На эскадрах опять было масса больных и умерших.

Чем занимались, готовя корабли к походу, непонятно: “Саратов” пришел в Англию с начисто сгнившей обшивкой назализованный части и с затопленным трюмом: уровень воды в нем достиг 2,7 метра! Корабль “Не тронь меня” – с 1,5 метрами воды в трюме2. Прослужившую итого год “Европу” англичанам пришлось фактически построить заново – заменив множество гнилых элементов набора и досок обшивки и всю конопать…

Спиридов, сообщали в октябре 1769-го русские политики из Англии и Дании, пребывает “несколько в унылости”, офицеры его “невеселы”, у Эльфинстона “желание большей части офицеров к возврату, а не к продолжению экспедиции клонится”3…

Но лечение и ремонт в Англии позволили-таки дойти до Средиземного моря. Там эскадры устроились под начало генерал-поручика графа Алексея Орлова.

А тот, в мае 1770 года, поставил морякам принципиально новую задачу: разбить турецкий флот.

Морякам, какие опасались тогда даже алжирских и марокканских пиратов!

Хроника Хиосского и Чесменского сражений, в каких русские моряки проявили феноменальное мужество

К.Л. Христинек. Портрет графа А.Г.Орлова-Чесменского. 1779 год. Фото: РИА Новости

Выбор графа Орлова

Поначалу весьма помог контр-адмирал Эльфинстон – выходец из английского флота, привыкший действовать решительно, наступательно.

Дважды, 16 и 24 мая, у юго-восточного побережья Греции, он не задумываясь атаковал численно превосходящую турецкую эскадру. И любой раз она начинала уходить, а русские настигали ее и успешно обстреливали, а турки стреляли плохо!

И русские моряки психологически “раскрепостились”4.

Но вот 23 июня, в Хиосском проливе, между островом Хиос и Небольшой Азией, эскадры Спиридова и Эльфинстона увидели турецкий флот, который уходить не собирался.

Хроника Хиосского и Чесменского сражений, в каких русские моряки проявили феноменальное мужество

Схема Хиосского сражения. 24 июня 1770 года.

Выстроившись в две изогнутые полумесяцем черты, на якорях стояли (как насчитал Орлов) 16 линейных кораблей – зеленых, ярко-голубых, желтых, красных и окрашенных во все четыре этих краски5 – плюс малые суда.

“Увидя оное сооружение, ужаснулся я и был в неведении, что мне предпринять должно”6, – писал потом Екатерине II Орлов у какого было лишь 9 линейных кораблей и который еще в 1762 году был пехотным сержантом.

Однако решился атаковать.

И в 11 часов 24 июня 1770 года русский флот пошел в свое первое генеральное сражение – Хиосское.

Хроника Хиосского и Чесменского сражений, в каких русские моряки проявили феноменальное мужество

Адмирал Григорий Андреевич Спиридов.

Господи, благослови!

В кильватерной колонне русский флот начинов “спускаться” на турецкие линии почти перпендикулярно им. Вот ордер колонны.

1) “Европа” (капитан 1 ранга Федот Клокачёв).

2) “Святой Евстафий Плакида” (капитан 1 ранга Александр фон Круз, флаг адмирала Спиридова).

3) “Трех Святителей” (капитан 1 ранга Степан Хметевский).

4) “Святой Иануарий” (капитан 1 ранга Иван Борисов).

5) “Трех Иерархов” (капитан бригадирского ранга Самуил Грейг (Сэмюэл Грег), флаг командующего флотом Орлова).

6) “Ростислав” (капитан 1 ранга Василий Лупандин).

7) “Не тронь меня” (капитан 1 ранга Петр Бешенцов).

8) “Святослав” (капитан 1 ранга Василий Роксбург (Уильям Роксборо), флаг контр-адмирала Эльфинстона).

9) “Саратов” (капитан 2 ранга Афанасий Поливанов).

За исключением 80-пушечного “Святослава”, все 66-пушечные.

Кроме шотландцев Грейга и Роксбурга и голландца Круза, командиры кораблей бывальщины уроженцами тех северных областей, чье дворянство полтора века наполняло офицерами русский флот.

Клокачёв – псковский, из-под Великих Лук.

Лупандин – новгородский, из-под Боровичей.

Бешенцов (из-под Кашина) и Борисов – тверские.

Хметевский – ярославский, из-под Переславля-Залесского.

Поливанов – вологодский.

Тверским (из-под Бежецка) был и генерал Орлов, а адмирал Спиридов выходил из соседей тверских, подмосковных дворян – из-под Клина.

Значительная часть матросов тоже была уроженцами Подмосковья.

Умения у русских было еще недостаточно.

И с самого основы все пошло не так.

Хроника Хиосского и Чесменского сражений, в каких русские моряки проявили феноменальное мужество

Уничтожение турецкого флота в Чесменской бухте. Эскиз к картине Я.-Ф. Хаккерта.

Разорванная линия

Поскольку турецкие корабли стояли на якорях, русским тоже надлежало подняться напротив них на якорь. Точнее, на шпринг – соединив канатами (шпрингами) отданные в носу якоря с битенгами (вертикальными брусьями) в корме. Чтобы ни вихрь, ни течение не могли развернуть корабль бортом от противника.

Но встать на шпринг сумел только “Трех Иерархов”. А первые четыре корабля отправь вдоль турецкой линии.

И головной – “Европа” – вскоре прошел ее всю и потерял контакт с противником7.

Пришлось поворачивать назад, чтобы где-либо там опять вступить в русскую линию. То есть на время выйти из боя…

Вслед за “Европой” мимо головного турецкого корабля – ярко-голубого “Бурдж-у-Зафер”* – проскочил и “Евстафий”. Но на нем уже бывальщины повреждены снасти, при помощи которых управляли парусами. И при попытке повернуть он потерял скорость; его снесло течением на “Бурдж-у-Зафер” и навалило на него…

Шагавший следом “Трех Святителей” погасил уже скорость слишком сильно, чтобы повернуть назад. И, дабы не налететь на “Евстафий”, отвернул вправо – ровно в середину турецкого флота…

“Иануарий” назад повернуть смог – но опять-таки временно вышел при этом из боя…

Командир “Евстафия” опрометчиво приказал колотить по сцепившемуся с ним “турку” зажигательными снарядами – брандскугелями. “Турок” загорелся – но огонь перекинулся и на “Евстафий”. Адмиралу Спиридову – в соответствии с Морским статутом – пришлось оставить горящий корабль…

Вскоре огонь проник в крюйт-камеру, где хранился порох, – и “Евстафий” взлетел на воздух.

Умения не хватало – но вот разумы своей убогости уже не было!

“Играй до последнего!”

Адмирал Спиридов под градом картечи с трех турецких кораблей хладнокровно расхаживал по палубе “Евстафия” с обнаженной шпагой.

“Играй до заключительного!”, – крикнул он, когда ядро угодило в стоявших неподалеку музыкантов8.

Выброшенный взрывной волной за борт и ухватившийся, вынырнув, за тот же осколок мачты, что и командир “Евстафия” Круз, лейтенант морской артиллерии Магнус Миллер первым делом проорал: “Что, Александр Иванович, каково я палил?”9

Палили с русских 66-пушечников подлинно самозабвенно и умело! Миллер и его сослуживцы зажгли 86-пушечный “Бурдж-у-Зафер”, канониры “Трех Иерархов” тяжело повредили зеленый 100-пушечный корабль турецкого командующего, а “Трех Святителей” принудил замолчать другой зеленый – 80- или 90-пушечный.

Ни в одном другом сражении русский парусный флот не стрелял со столь малых дистанций, как в Хиосском! “Трех иерархов” – немного чем со 185 метров, “Ростислав” – с 90, “Европа” и “Евстафий” – с 50, а “Трех Святителей” – и с 2010…

И турки не выдержали. Еще до гибели “Евстафия”, валя якорные канаты, стали отходить в расположенную рядом Чесменскую бухту.

В тот же вечер Орлов дал установку на новое сражение: “Наше же дело надлежит быть решительное, чтоб оной флот победить и разорить, не продолжая времени…”11

Хроника Хиосского и Чесменского сражений, в каких русские моряки проявили феноменальное мужество

А. Кившенко. Чесменский бой. Граф А. Орлов со штабом на верхней палубе линейного корабля “Три иерарха”. 1880 год.

День рождения русского флота

Настала ночь на 26 июня 1770 года.

“Ветр посредственный, небо малооблачное, светлая луна и блистание звезд…”12

Отряд капитана бригадирского ранга Грейга начинов Чесменское сражение.

“Европа” подошла к врагу на 400 метров, встала на шпринг и стала “бросать” бомбы (разрывные снаряды) и брандскугели.

Вскоре ее поддержали “Ростислав”, “Не тронь меня”, фрегат “Чаяние Благополучия” и бомбардирский корабль “Гром”.

Брандскугель с “Грома” угодил в парус “турка”. Хлопчатобумажный, тот вспыхнул как порох, и корабль скоро охватило пламя. И перекинулось на стоявшие рядом…

Отряд Грейга прекратил огонь. В небо взвились три ракеты.

В Чесменскую бухту отправь брандеры – буксируемые шлюпками суда, набитые горючими материалами. Их надлежало сцепить с врагом и поджечь – а самим уходить на шлюпках.

Брандер капитан-лейтенанта Роберта Дугдаля (британца Дагдейла) перехватили турецкие галеры.

Лейтенант Фома Мекензи (шотландец Томас Маккензи) и мичман князь Василий Гагарин покинули брандеры, не дойдя до врага, и те наткнулись на уже горевшие корабли.

И только лейтенант Дмитрий Ильин с “Грома” – еще один тверской дворянин, из-под Весьегонска, – сцепил брандер с неприятелем – и только тогда поджег. А уходя на шлюпке, так же хладнокровно приказал остановиться – чтобы посмотреть, что там с “турком”.

А “турок” запылал – и вихрь снова понес языки пламени на другие суда.

Один за другим они загорались, некоторые стали взрываться.

Чесменская бухта обратилась в море огня.

И к 9.30 26 июня от турецкого флота остались лишь обгорелые днища и покрывшие всю поверхность воды головешки, зола и тела.

“Неприятельский военный флот”, в восторге, еще не до конца веря в успех, писал в Петербург Спиридов, “атаковали, разбили, разломали, сожгли, на небосвод пустили, потопили и пепел обратили, а сами стали быть во всем Архипелаге […] господствующими”13!

“Теперь показалось, что не тщетно так далеко заехали, а славные забияки, не таковы, как обещали, а арженушки никому не уступят”, – так же возбужденно-радостно писал графу Никите Панину Орлов14. (Арженушками он призывал русских матросов – не мысливших себя без ржаного хлеба.)

Комплекса неполноценности у русских моряков отныне не было.

1. Цит. по: Лебедев А.А. К походу и бою готовы? Военные возможности корабельных эскадр русского парусного флота XVIII – середины XIX вв. с точки зрения состояния их личного состава. СПб., 2015. С. 106.

2. Лебедев А.А. У истоков Черноморского флота России. Азовская флотилия Екатерины II в войне за Крым и в создании Черноморского флота (1768 – 1783 гг.). СПб., 2011. С. 390.

3. Цит. по: Соловьев С.М. История России с древнейших времен // Соловьев С.М. Соч. В 18 кн. Кн. XIV. М., 1994. С. 289, 288.

4. Лебедев А.А. Архипелагские схватки особой значимости // Гангут. Научно-популярный сборник статей по истории флота и судостроения. Вып. 86. СПб., 2015. С. 41.

5. Гребенщикова Г.А. Балтийский флот в этап правления Екатерины II. СПб., 2007. С. 267-268.

6. Материалы для истории русского флота. Ч. XI. СПб., 1886. С. 559.

7. Собственноручный журнал капитан-командора (впоследствии адмирала) С.К. Грейга в Чесменский поход // Морской сборник. Т. II. 1849. N 12. С. 803.

8. А.Ш. К издателю “Отечественных писулек” // Отечественные записки. Ч. IV. N 7. 1820. Ноябрь. С. 69.

9. Там же. С. 67-68; [Глотов А.Я.] Чесменской бой // Отечественные записки. Ч. III. N 5. 1820. Сентябрь. С.72.

10. Собственноручный журнал капитан-командора (впоследствии адмирала) С.К. Грейга в Чесменский поход. С. 806; Лебедев А.А. Тактическая парадигма русского парусного флота XVIII – половины XIX века // Гангут. Научно-популярный сборник статей по истории флота и судостроения. Вып. 82. СПб., 2014. С. 87; Он же. У истоков Черноморского флота России. С. 408; Журнал Степана Петрова сына Хметевского о военных поступках русского флота в Архипелаге и у берегов Малой Азии в 1770 – 1774 годах // Современник. Т. XLIX. 1855. N 1. Отд. II. С. 54.

11. Цит. по: [Глотов А.Я.] Указ. соч. С. 77.

12. Цит. по: Тарле Е.В. Чесменский бой и первая русская экспедиция в Архипелаг (1769 – 1774) // Тарле Е.В. Соч. В 12 тт. Т. Х. М., 1959. С. 53.

13. Цит. по: Соловьев С.М. Указ. соч. С. 364.

14. Материалы для истории русского флота. Ч. XI. С. 561.

Вам также может понравиться