Численник поэзии: Письма с войны полны ожидания, любви и разлуки

Стихи и послания о любви, войне, разлуке, ожидании… И снова – о любвиСкоро 9 мая. Все меньше хочется в канун этого дня повторять какие-то оглушительные слова. Все больше хочется майскими короткими ночами побыть наедине с пожелтевшими письмами отца, деда, прадеда. Со стихами и фотокарточками, вложенными в эти послания.

Численник поэзии: Письма с войны полны ожидания, любви и разлуки

Численник поэзии: Письма с войны полны ожидания, любви и разлуки

Фото из конверта: “Аня Черногубова, Миша-баянист, Галя Ловцова с гитарой, Аня Крупорушникова, л-т Корнилов, неизвестная девушка и Аня Ануприенко. Июль 1944. д. Прибрежье. Белоруссия”. Из послания Галины Ловцовой. Фото: Из архива Дмитрия Шеварова

А я эти дни провел с вашими, дорогие читатели, письмами. Все они получены мной не по электронной почте, а в бумажных конвертах, и все они написаны от длани – как те, что приходили с фронта.

* * *

Нет, ночи с тобою мне даже

не снятся, –

Мне б только с тобою

на карточке сняться,

Мне б только пройти бы с тобою

весною

Лазоревым луговиной, тропою

лесною.

С тобой не мечтаю я утром

проснуться, –

Мне б только руки твоей тихо

коснуться,

Спросить: дорогая, произнеси мне

на милость,

Спалось ли спокойно и снов ли

не снилось?..

Не слишком ли долго под вечер

смеркалось,

Не слишком ли громко рыба

плескалась,

Не чересчур ли долго кукушка

скучала,

Не слишком ли громко сердце

стучало?..

Вадим Шефнер

1940

Лев с Волхонки

Хочу прибавить к вашему списку потерянных на войне поэтов еще одно имя – Лев Александров, москвич, выпускник 279-й школы (сейчас это школа N 293 имени А.Т. Твардовского). Я тоже обучалась в этой школе. Знаю о Льве только то, что он погиб. Да вот – прилагаемое стихотворение, присланное домой в письме. Юноше видится родимая комната и неодушевленные предметы одушевляются ожиданием встречи с близкими, может быть, – и с любимой девушкой… Всё в доме журчит, скворчит, а родимые вот-вот явятся – и начнется застолье, которого не было….

Татьяна Андреевна Никологорская,

Москва

Темно. Дождь капает.

Сижу я на катушке.

Сон осилил, и мысли разбрелись.

И вот мерещится: мы в нашей комнатушке

В такой же вечер всей семьею

собрались.

Закрыты плотно окна,

как зимою,

Дождь где-то там,

вне нашего мирка.

Свет электрический играет

желтизною

На пианино полированных

боках.

На окнах занавесы, что на ладан

дышат,

Зацепишь их – не избежать беды.

Из-за дверей доносится чуть

слышно

В канализации журчание воды…

Буфет из-за своей стеклянной

дверцы

Нам усмехается сервизом

неспроста:

Давно уж не было так радостно

на сердце –

Все за столом заполнены места.

Наш стол квадратный

в обе стороны раздвинут:

Ныне он на четверых накрыт.

Вороны-пепельницы рот вовсю

разинут.

На плитке чайник тоненько

шипит.

Симфонии пьет репродуктор

звуки,

Льет чью-то ослепительную, богатую

мечту…

Так грежу, голову склоня на руки.

Так будет, черт возьми,

Так я хочу!

Лев Александров

1942

Лев Борисович Александров родился в 1925 году в Москве. Жил на Волхонке. Призван 8 января 1943 года. Рядовой 128-го отдельного батальона связи. Исчез без вести 25 января 1945 года у города Торунь (Польша).

Когда мы искали на сайте "Память народа" сведения о исчезнувшем юноше, то не могли не обратить внимания на судьбу его тезки и ровесника – Льва Васильевича Александрова. Он тоже жил в Москве (в Большом Саввинском переулке). Призван в 1942 году и устремлён в Телавское пехотное училище. Разведчик. Погиб 20 февраля 1945 года при освобождении Латвии.

Поклон вам, мальчики…

О мальчишке из 7-й квартиры

Недавно вы вернулись к судьбе поэта и художника Евгения Полякова, погибшего в 1942 году. А первый раз вы написали о нем 1 июля 2020 ("Мальчишка из 7-й квартиры"). Тогда я смотрела на фото Жени (где он с сестрой в детстве) и не могла сдержать слез. Напишу остро: нас нельзя называть людьми, если мальчик с таким взглядом погибает на войне в 20 лет.

Численник поэзии: Письма с войны полны ожидания, любви и разлуки

Фото: Из архива Дмитрия Шеварова

Татьяна Яковлевна Николаенко, присело Красноармейское, Чувашия

Без вести …вернувшийся

Численник поэзии: Письма с войны полны ожидания, любви и разлуки

Алексей Журавлев по-прежнему числится пропавшим без вести – и по архивным документам, и в Книжке Памяти Кировской области. Фото: Из архива Дмитрия Шеварова

Когда взяли брата на фронт, мы жили в деревне Селюновщина Халтуринского зоны Кировской области. У мамы нас было еще семеро: пять сестер и еще два брата. Алексей был самый старший. Писем от него было немножко, последнее с Украины. Погиб отец в 1942 году. Потом получили извещение, что Алеша пропал без вести в июле того же года.

И вот вдруг в 1992 году он приехал в Киров, где мы и проживаем, адресовался к старшей сестре, а она его не признала и никому из нас не сказала.

Уехал Алексей, конечно, с обидой в сердце, а на нас, видно, не понадеялся – мы ведь совершенно малы были, когда он ушел на фронт. Получается: второй раз пропал без вести…

Муза Федоровна Журавлева,

Кировская район

Ждем с 1941 года

Несколько лет я прожил в Пушкинских Горах, к поэзии не равнодушен, но сейчас о другом. Сколько себя помню, разыскиваем моего дядю – Василия Ивановича Дудорова. Писали письма в архивы, но бесполезно. Он родился в деревне Павловская Верховажского зоны Вологодской области. Служил возле Бреста, воинская специальность – корректировщик. В 1941 году его должны были демобилизовать. Строчил моей маме, чтобы прислала гражданскую одежду, так как в солдатской не отпустят. И на этом все. Вроде потом на сельсовет приходила какая-то бумага о нем, но до родственников она не дошла. Довожусь племянником.

Виктор Веревкин

verevkin50@mail.ru

Рук твоих кольцо

Уж скоро ночи два часа,

Темна ужасно эта ночь.

Я не смыкал ещё очи –

Сон от меня уходит прочь.

Кругом немая тишина.

Конечно, тут во счёт нейдёт

Орудий дальняя пальба

И редкий окрик: "Кто шагает?"

Порою ветер засвистит

В саду среди густых ветвей

И снова тихо, всё молчит,

А я… я думаю о ней.

В своей квартире под землёй

Размером два на полтора

Я вспоминаю день другой,

Как будто было всё вчера.

Я помню ласку твоих рук,

Обвивших голову в кольцо,

Объятий жар и трепет губ,

Твой взгляд и милое лик.

Я вспоминаю все те дни,

Которые хочу вернуть.

Взгляни на прошлое, взгляни!

Не правда ль, есть о чём

взгрустнуть!

Но верю я – я убеждён! –

Мы снова будем так же существовать,

Ведь не для рабства я рождён,

А для того, чтоб победить.

Численник поэзии: Письма с войны полны ожидания, любви и разлуки

Аркадий Григорьевич Паперин, фотоконца 1930-х. Фото: Из архива Дмитрия Шеварова

Ст. лейтенант Паперин, командир штабной роты 679-го отдельного гвардейского батальона связи 62-й стрелковой дивизии.

15 августа 1942.

Это – одно из немало папиных стихотворений. Через семь месяцев, 12 марта 1943 года, мой папа Аркадий Григорьевич Паперин помер в госпитале после тяжелого ранения. Он был удивительно многогранный, талантливый и думающий человек. Стихами он реагировал на все явления и случаи в нашей семейной жития. Я могу много говорить о папе. Каждый год 22 октября мы всей семьей отмечаем его день рождения – начиная с меня, его дочери, и завершая его четырьмя праправнуками. Вечно бывает очень трогательно: я читаю папины документы, характеристики и вот это стихотворение, которое он написал маме в землянке в 1942 году.

Ирма Мартынова

Портрет победы

Численник поэзии: Письма с войны полны ожидания, любви и разлуки

Снимок сделан в Чите 9 мая 1945 года. Фото: Из архива Дмитрия Шеварова

Итого две строки

Шлем вам …две строки. Да, всего две строки, но каких! У автора, конечно, много других замечательных строк, но эти – особенные.

В отрез небесного сукна

Завёрнута давя солдата…

Эти строки – из стихотворения "Заброшенное кладбище" Надежды Долженковой из поселка Кшень Курской области.

Валентина и Владимир Кулагины, Курск

В плотном лесу лежат кресты…

У изголовий плачут ивы.

Брожу я там до темноты,

Ищу я дедову могилу…

Я пробираюсь не спеша

Среди гранитных обелисков.

И шепчет мне моя давя,

Что скоро с ним увижусь близко.

Сквозь заросли, наперекор,

Я продираюсь, раня руки.

И тёмный мшистый коридор

Скрывает шелесты и звуки.

Здесь тени в кружеве оград

Лежат последним покрывалом.

И реет, словно алый стяг,

Лесной малины куст кровоточащий.

Я здесь. Я говорю с тобой

О том, в чём тяжело признаться, –

Как мне приходится порой

То – напролом, то отступаться…

О том, как в наводненье дней

Бушует жизнь девятым валом.

И ведаешь, дед, ведь всё трудней

Сражаться с поднятым забралом.

Иду, как ты, – сквозь боль и страх…

Порой неугомонна тоже.

И вижу я в своих глазах

Того, с кем я во всём вылита.

…В ответ мне – только тишина…

Знамёна плещутся заката.

В отрез небесного сукна

Завёрнута душа солдата…

Но погребённые – не почивают…

И дух их временем не тронут.

Они над памятью стоят

И насмерть держат оборону.

Надежда Долженкова

Мама обиделась, что он добровольно ушел воевать

Мой папа Василий Михайлович Рубанов погиб 8 апреля 1942 года. Я родилась 24 июня 1942 года. Отец после ранения мог еще лечиться, но как разузнал, что немец уже у Москвы недалеко, написал рапорт о досрочном излечении. Мама обиделась, что он добровольно ушел воевать, оставив ее беременной. Ей было 18 лет. А он был беспорочен, добр и стыдился того, что так далеко немцы зашли к нам на Родину.

Численник поэзии: Письма с войны полны ожидания, любви и разлуки

Раиса Васильевна Суханкина

г. Инза

Общество История Цивилизация Литература Календарь поэзии