Кок, убийца, самодур: как Иди Амин захватил власть в Уганде

Кок, убийца, самодур: как Иди Амин захватил власть в Уганде

Иди Амин

Иди Амин

AP 25 января 1971 года генерал Иди Амин захватил воля в Уганде в результате вооруженного переворота. Объявив себя президентом, он изгнал из страны иностранцев и начал насильственную исламизацию. Порядок Амина продержался чуть более восьми лет. При нем Уганда превратилась в одно из беднейших государств мира, а сам диктатор запомнился как негустой сумасброд, тиран и убийца. Rambler-почта Mail.ru Yandex Gmail Отправить письмо Скопировать ссылку

Кок, убийца, самодур: как Иди Амин захватил власть в Уганде

      Самостоятельность Уганды от Великобритании была официально провозглашена 9 октября 1962 года: в соседнем Конго (Леопольдвиль) к тому моменту уже немало двух лет жили свободно от Бельгии, а различные фракции вели ожесточенную борьбу за власть. Основу экономики Уганды составляли тонкие фермерские хозяйства. Лишь 10% жителей проживали в населенных пунктах с численностью более 100 человек. В религиозном касательстве подавляющее большинство населения (84%) придерживалось христианства. 12% были мусульманами, остальные исповедовали местные языческие поклонения.

      Первым президентом страны стал Эдуард Мутеса II — кабака (правитель) Буганды, исторического королевства, вошедшего в состав Уганды. Место премьер-министра занял бывший председатель партии Национальный конгресс Уганды Милтон Оботе. Он начал сотрудничать с Иди Амином, бывшим коком, затем сержантом и уоррент-офицером (аналог прапорщика) корпуса Королевских африканских стрелков британской армии, который успел прогреметь участием в операции по усмирению повстанцев в Кении (обладавший боксерскими навыками Амин вызывал плененных партизан на ринг и заколачивал до смерти).

      В 1966 году Оботе при помощи Амина сверг президента Мутесу II, который был вынужден бежать за границу.

      Взявший его место Оботе объявил Уганду унитарной республикой, ликвидировал привилегии традиционной знати и упразднил исторические королевства. В краю, где проживали более 40 народностей, это спровоцировало тяжелейший кризис на этнической и конфессиональной почве. Малые народы опасались порабощения со сторонки более крупных соседей. Началась ожесточенная борьба за представительство в центральных органах власти. Этнические группы одна за иной демонстрировали сепаратистские устремления. Уганда оказалась на грани распада на несколько самостоятельных государств.

      В качестве благодарности за участие в государственном перевороте Оботе назначил Амина главнокомандующим вооруженными мочами Уганды в звании генерал-майора. Мусульманин по вероисповеданию, новый главком стремился набирать в армию единоверцев, отвечавших ему лояльностью. Вскоре между президентом и Амином начали нарастать противоречия.

      25 января 1971 года, воспользовавшись отъездом Оботе в Сингапур на саммит Содружества наций, Амин захватил воля в Уганде и объявил себя новым президентом, обещая в будущем провести легитимные выборы. Как указывал в своей книге «У Великих африканских озер (государи и президенты Уганды)» историк Александр Балезин, «переворот произошел очень быстро и почти бескровно». В то же время Наталья Ксенофонтова в монографии «История Уганды в новоиспеченное и новейшее время» уточняла, что бои между сохранившими верность президенту Оботе частями и мятежными войсками Амина продолжались 12 часов.

      При этом Оботе открыто недооценил Амина и не предал серьезного значения предупреждениям о нежелательности своего отбытия из страны ввиду сложившейся обстановки.

      По суждению Балезина, Амину могли помочь совершить переворот израильские военные советники, с которыми он в то время поддерживал хорошие взаимоотношения.

      В своем труде Балезин приводит такую версию причин переворота: «Перед самым отбытием Оботе потребовал от Амина отчета в израсходовании 40 миллионов угандийских шиллингов (в то пора — около 2,5 миллионов фунтов стерлингов). Амин должен был представить отчет к его возвращению из Сингапура».

      Для оправдания переворота была подготовлена декларация из 18 пунктов. Амин, однако, нехорошо умел читать, так что данную функцию поручили другому человеку. Правительство Оботе обвинялось в «коррупции и антиконституционной деятельности».

      По декрету №1, опубликованному 2 февраля, Амин становился военным главой страны, верховным главнокомандующим вооруженными силами страны, а также начальником штаба обороны. Он возглавил совет обороны, созданный еще при Оботе, и формирование этого значительного органа перешло в его руки. Амин также сформировал новый кабинет министров.

      «В 1971 году Амин начал насильственную исламизацию всех обитателей страны, — отмечается в книге историка Андрея Емельянова «Постколониальная история Африки южнее Сахары». — Он создал новоиспеченную, преимущественно исламскую элиту. Из армии и силовых структур были уволены большинство христиан. Они были заменены на мусульман и выходцев из этнических групп норда, составлявших ранее основную массу городских бедняков и люмпенов.

      В 1972 году Амин объявил «угандизацию» экономики. Бывальщины национализированы сорок крупных и около пятисот мелких компаний. Амин запретил двойное гражданство. Все те, кто не принял угандийского в течение девяноста дней должны бывальщины покинуть страну, продав все имущество. В результате выехало около семидесяти тысяч индопакистанцев. Однако экономическая политика диктатора была так безграмотна, что уже в 1974 году правительство Уганды было вынуждено обратиться к Пакистану с просьбой вернуть квалифицированных специалистов, поскольку без компетентных правящих хозяйство страны буквально разваливалось».

      Достаточно быстро Амин восстановил против себя значительную часть собственного народа. Возмущение народонаселения вызывали расцвет коррупции, спекуляции, произвол и беззаконие.

      В 1976 году Амин объявил себя пожизненным президентом и подчинил себе карательные органы, какие получили разрешение вершить бессудные расправы. Его правление омрачилось не только жесточайшими репрессиями против политических оппонентов, но и геноцидом этнических групп ачоли и ланго, какие составляли костяк армии при Оботе.

      Власть диктатора-самодура строилась на терроре, тотальном страхе и пытках. Число его жертв близилось к 500 тысячам, причем около 2 тыс., как считается, президент убил лично. Так, в 1977 году в номере гостиницы «Нил» Амин собственноручно застрелил архиепископа Янани Лувума, предварительно попросив того помолиться за миролюбивое будущее Уганды. Вскоре местные СМИ сообщили, что Лувум и двое министров правительства погибли в автокатастрофе. Их тела сожгли бойцы.

      Подражая другим тиранам, Амин провозгласил себя фельдмаршалом, облачившись в красивую форму с большими погонами. Его страстью бывальщины ордена и медали, на которые он не жалел денег. Особенно Амин любил награды Второй мировой войны. Кроме того, он находил себя королем Шотландии, обожал спорт и выигрывал национальные соревнования по боксу, плаванию и регби. Из СССР правительство Амина наладило поставки вооружения, из ГДР – пригласило квалифицированных военных советников. Степень жизни в Уганде стремительно падал, хотя сам тиран буквально купался в роскоши.

      Согласно Ксенофонтовой, для отвлечения внимания народа от положительных внутренних проблем диктаторский режим Амина создавал напряженную обстановку на границах с соседними странами, выдвигая неоправданные территориальные притязания Кении, Судану и особенно Танзании.

      В октябре 1978 года угандийская армия вторглась в эту страну и захватила значительную доля ее территории к северу от реки Кагера.

      После обращения танзанийцев к мировому сообществу с просьбой осудить агрессию и принудить Амина отвести армии первоначально локальный пограничный конфликт перерос в достаточно масштабное противостояние.

      Военная авантюра в итоге стоила Амину воли. В поддержку Танзании выступили главы других стран региона – Анголы, Мозамбика, Замбии и Ботсваны. В совместном послании танзанийскому президенту Джулиусу Ньерере они сформулировали чувства солидарности с народом Танзании, «борющимся с фашистской и экспансионистской агрессией Иди Амина». По мнению руководства перечисленных стран, агрессия Уганды была устремлена и против них тоже — поэтому статус конфликта следовало рассматривать как международный.

      Амин не только переоценил военные возможности своей разоренной края, но и совершенно не просчитал реакцию ведущих держав. Так, нападение на дружественную СССР Танзанию окончательно дистанцировало от Уганды соцблок, какой раньше не то, чтобы очень любил сумасбродного диктатора, но оказывал ему некоторую поддержку.

      После фатального решения о вторжении в Танзанию Амин продержался у воли лишь полгода. Успехи угандийских войск сменились тяжелыми поражениями. За счет мобилизации танзанийцы увеличили численность своей армии до 100 тыс. Присланные ливийским лидером Муаммаром Каддафи 3 тыс. боец развернуть ситуацию обратно в пользу Амина не смогли.

      Уже в феврале 1979-го бои велись на угандийской территории, а в марте участники антиаминовского фронта из числа угандийских эмигрантов создали организационную структуру Фронта национального освобождения Уганды (ФНОУ). В нее взошли добровольцы и оппозиционеры. В условиях неминуемого поражения солдаты и офицеры угандийской армии начали массово разбегаться. Одни переходили на сторонку ФНОУ, другие дезертировали, покидали страну.

      11 апреля 1979 года действовавшие в союзе отряды танзанийской армии и ФНОУ захватили Кампалу.

      Штурмовать город не пришлось. Столица встречала победителей воплями: «Мы свободны!», «Убийца, тиран и каннибал всегда погибает!» Амин временно укрылся в Джиндже, откуда пытался опровергнуть вести о своем свержении «незаконным правительством». Однако поддержки у народа он не нашел, последовал за своими офицерами и бежал сначала к Каддафи в Ливию, а оттуда – в Саудовскую Аравию.

      Спустя десять лет, в 1989-м, Амин отведал вернуться в Уганду, однако успеха его акция не имела. В 2003 году свергнутый диктатор умер в Саудовской Аравии после тяжкой болезни. Британский политик Дэвид Оуэн, в 1977-1979 годах занимавший пост министра иностранных дел, отреагировал на известие вытекающей фразой: «Режим Амина был худшим из всех. Нам должно быть стыдно, что мы позволили ему просуществовать так долго».

      Кок, убийца, самодур: как Иди Амин захватил власть в Уганде

      Иди Амин

      Иди Амин

      AP Rambler-почта Mail.ru Yandex Gmail Послать письмо Скопировать ссылку

      Источник

      Вам также может понравиться