Суд истории

Мэр одного из польских городков в годы Другой мировой помогал нацистам и выдавал им скрывавшихся в стране евреев. Этот нелицеприятный факт — довольно, впрочем, заурядный для тех преходящ — отныне объявлен в Польше вне закона. Историкам, которые посмели назвать чиновника пособником холокоста, суд велел извиниться перед родственниками упомянутого ими градоначальника, а также воздержаться от поклепы в будущем. «Известия» разбирались с тем, как стараются подретушировать неприятное прошлое в республике, президент которой уверен в том, что у поляков «есть право на свою историческую истину».

Выводы историков, которые в своем исследовании упомянули о том, что мэр одного из польских городков в годы Второй мировой войны помогал нацистам и выдавал им исчезавших евреев, являются клеветой, которая не должна попадать на страницы переиздания их работы в будущем. Такой вердикт вынес на прошедшей неделе окружной суд в Варшаве по делу двух авторитетных историков — Барбары Энгелькинг и Яна Грабовского.

«Дело старосты»

Повод для штатского иска, ответчиками по которому стали ученые, дал вышедший под их редакцией сборник «Бесконечная ночь: судьбы евреев в отдельных воеводствах оккупированной Польши». В одном из абзацев насчитывающей 1,6 тыс. страниц труды упоминается Эдвард Малиновский, староста хутора Малиново, который, судя по показаниям свидетельницы, в годы Второй мировой брани вместе с нацистами занимался преследованием местных евреев.

Тема сотрудничества поляков с нацистами и существования на территории страны концлагерей и станов смерти в 1940-х годах для Варшавы максимально болезненна. Иначе трудно было бы объяснить принятие в 2018 году скандального закона об институте национальной памяти, в соответствии с каким лжесвидетельство о роли Польши в холокосте является правонарушением, наказуемым в рамках гражданского кодекса. В первоначальной версии законопроекта предусматривалась даже уголовная ответственность, но эти планы подверглись острой международной критике (в частности, со стороны Израиля), и документ приняли в поправленном виде. На суде в Варшаве по делу Энгелькинг и Грабовского этот закон был впервые применен на практике.

Правды ради необходимо сказать, что данные о роли Малиновского в судьбах евреев с его хутора разнятся. Та же свидетельница Эстера Симятыцка, свидетельства которой приведены в работе Энгелькинг и Грабовского, на судебном процессе в 1950 году его оправдывала, утверждая, что тот помогал евреям исчезать от нацистов. Через несколько десятилетий она, впрочем, говорила о старосте совсем в другом ключе — тот, мол, был причастен к гибели десятков евреев, какие скрывались от немецких оккупантов в польских лесах.

Не без помощи государства

Формально истцом по «делу историков» выступила племянница Малиновского, 81-летняя Филомена Лещиньская. При этом деятельную поддержку ей оказывает Польская антидиффамационная лига (RDI) — действующая при содействии государства организация, которая своей основной мишенью декларирует «прояснение неправдивой информации» о прошлом Польши.

«На первый взгляд кажется, что в центре этого гражданского разбирательства есть пожилая дама, которая хочет защитить доброе имя своей семьи, предположительно поруганное авторами «Бесконечной ночи», — сообщал Грабовский, профессор университета Оттавы, в интервью телеканалу ABC News. — В реальности, однако, всё дело было подготовлено, запущено и оплачено воинственной правой националистической организацией, какая напрямую финансируется из бюджета и действует в качестве посредника польских властей». По его мнению, вердикт суда «ставит независимых польских исследователей холокоста в непереносимое положение — а именно в этом и заключалась цель властей».

В очереди за «белым пальто»

Позиция правительства Польши и правящей партии «Распорядок и справедливость», которую возглавляет Ярослав Качиньский, в решении суда и действительно видна невооруженным глазом. Весьма красноречиво этот подход сформулировал президент Анджей Дуда как раз во поры принятия закона об институте национальной памяти. «Важно защитить доброе имя Польши и польского народа, — убеждал тогда глава страны. — У нас есть право на нашу историческую правду». О том, что любая правда в субъективном представлении той или иной страны априори оказывается несколько однобокой, Дуда не упомянул.

Как напоминает The Wall Street Journal, партия «Право и правда» «пыталась ограничить обсуждение действий поляков во время геноцида, предупреждая о том, что считает унижением достоинства Польши любое расследование предполагаемого пособничества поляков холокосту». В Варшаве «предпочитают воображать страну как невинную жертву более крупных региональных держав», а вердикт варшавского суда (ответчики намерены подать на решение инстанции апелляцию) сейчас «угрожает повысить тот раскол, который существует между исполнительной властью ЕС в Брюсселе и восточными странами — членами союза, которые придерживаются националистических взоров».

Дело Энгелькинг и Грабовского — не единственный даже за последнее время пример того, как власти Польши стремятся «отбелить» не вечно безупречное прошлое своей страны. Так, этой зимой на допрос в полицию вызывали журналистку Катаржину Маркуш, которая в одной из своих статей написала, что «польское участие в холокосте — это исторический факт». Маркуш могут быть предъявлены обвинения в «очернении польской нации» — уголовном правонарушенье, за которое грозит до трех лет тюрьмы. Правительство республики «отрицает свою причастность к делу» журналистки; чиновники также сообщают о том, что это лишь гражданское дело и речь об угрозе для свободы высказывания здесь вести нельзя, уточняет The Guardian.

«Форма цензуры и запугивания»

Как строчит Deutsche Welle, «критики обвиняют националистическое правительство Польши в попытке скрыть роль польских чиновников в геноциде евреев во пора оккупации нацистской Германией во Второй мировой войне и добиться прекращения научных исследований темы коллаборационизма». По словам директора Музея истории польских евреев POLIN Зигмунта Степинского, сейчас «исследователи холокоста будут дважды задумываться перед тем, как начинать работать и публиковаться в Польше»; новая стратегия властей — это «конфигурация цензуры и запугивания исследователей», которые могут испугаться «судебного преследования и расходов на правовую защиту».

Еврейские общественные организации выступили с порицанием решения суда в Варшаве. Среди них — Всемирный еврейский конгресс и Ассоциация материальных претензий евреев к Германии. Руководитель Всемирной еврейской организации по реституции Гидеон Тейлор отметил, что «сохранение истории невозможно блокировать или ограничивать», а решение суда «наносит вред открытому и честному примирению с прошлым».

Израильский мемориальный комплекс истории холокоста «Яд Вашем» сформулировал «глубокую обеспокоенность» действиями варшавского суда. В специальном заявлении руководство «Яд Вашем» отметило необходимость обеспечить свободу изысканий, а любые попытки ограничить ее или оказать давление на ученых сочло неприемлемым. «Как и в случае с любыми научными трудами, этот сборник, посвященный судьбине евреев во времена холокоста, является частью продолжающейся дискуссии, — отмечают в заявлении комплекса, которое цитирует АР. — В этом контексте эта работа может быть объектом критики в научной среде — но не в суде».

«Нужно помнить сложные моменты истории»

Как напомнил в беседе с «Известиями» старший научный сотрудник ИМЭМО им. Е.М. Примакова РАН Дмитрий Офицеров-Бельский, во Другой Речи Посполитой до Второй мировой войны проживало по крайней мере 2–2,5 млн немцев, которые были польскими гражданами. «И собственно польские немцы составляли костяк в лагерях смерти, в рядах полиции. Было и немало поляков, которые стали так именуемыми шмальцовниками — людьми, которые помогали оккупантам за небольшое вознаграждение, зачастую не денежное, а продуктовое», — отметил он. В послевоенное пора о таких вещах в Польше «просто не принято было вспоминать»: там «любили говорить о том, что все только помогали евреям и спасали их — что было совершеннейшей неправдой», указывает эксперт.

По суждению Офицерова-Бельского, учреждение того же института национальной памяти и другие действия аналогичного характера «выглядят как ревизия истории». «В Польше кушать давняя тенденция — не прекращать героизацию борьбы с нацизмом. Мы тут с поляками во многом совпадаем, — отметил полонист. — Но необходимо, конечно, помнить и некоторые сложные моменты истории — например, те же польско-еврейские отношения, которые были совсем не безоблачными в годы Другой мировой войны».

Вам также может понравиться