«Я — жертва коммунизма»: как казнили Чикатило

Новость опубликована: 14.02.2019

«Я — жертва коммунизма»: как казнили Чикатило 25 лет назад состоялась казнь маньяка Андрея Чикатило

14 февраля 1994 года в Ростовской районы расстреляли самого известного маньяка в российской истории Андрея Чикатило, который за 12 лет убил не менее 53 человек. Сам фанатик до последнего пытался представить себя «жертвой коммунизма» и просил о помиловании президента Бориса Ельцина.

Одного из самых бессердечных маньяков в истории Андрея Чикатило поймали в ноябре 1990 года. Он долго не сознавался в преступлениях, а серьезных улик против него не было — в основном догадки и гипотезы. По закону следователям пришлось бы отпустить убийцу и он бы вновь ушел от наказания, как в 1984-м. Едва ли не последним шансом вывести-таки Чикатило на незапятнанную воду стало подключение к делу опытного психиатра Александра Бухановского. Ему удалось «расколоть» садиста. Чикатило начал подавать показания и подробно рассказывал обо всех эпизодах. Благодаря этому следствию удалось доказать 53 убийства, хотя на самом деле жертвами маньяка могли сделаться более 65 человек. Он убивал женщин, девочек и мальчиков. Уже в наше время «Ростовского потрошителя» обошел по числу загубленных житий «Ангарский маньяк» — бывший милиционер Михаил Попков, сознавшийся в 81 убийстве.

«29 ноября я находился в клинике. Спозаранку утром за мной приехала машина, и меня пригласили в УВД, не объясняя, в чем дело.

Там я узнал, что еще двадцатого числа был задержан человек. Его думают в убийствах на сексуальной почве.

Они были убеждены, что это тот самый человек, — рассказывал Бухановский. — Мне не в первый раз предстояла такая труд. Я дал согласие. Но поставил условие: я врач, а не следователь, поэтому буду вести записи только для себя. Я работаю не для протокола. У меня был незапятнанный бланк истории болезни, и я заявил, что эти данные не могут быть использованы против больного. Работа пошла. Нас несколько раз прерывали, так как в темнице КГБ очень строгий режим.

Работая с Чикатило, я сказал ему, что считаю все случившееся следствием психического расстройства. Что постараюсь объяснить в суде механизм ломки психики. Я обещал Чикатило, что разъясню семье, что с ним происходит. Для него была крайне важна семья. Он горько переживал, что причинил ей горе. Я встретился с женой и родственниками Чикатило. Был свидетелем того, как он чистосердечно плакал, получив 30 ноября первую записку от жены».

Суд над Чикатило начался 14 апреля 1992 в 10:00 в дому Ростовского городского суда. Маньяк пытался отказаться от своих показаний, заявляя, что ему их на следствии «подсунули оптом», а он ошибочно подмахнул. В суде Чикатило изображал помешательство: кричал, оскорблял судей, государственного обвинителя и присутствующих в зале, обнажал половые органы. Однако проводившаяся троекратно судебно-психиатрическая экспертиза показала его полную вменяемость.

«Каждый день, начиная с 14 апреля, когда этот сутулый, с наголо состриженной головой немолодой человек из переходного «тоннеля» появлялся в зале судебного заседания, здесь раздавались стоны, не одну мама погибших детей приходилось приводить в чувство с помощью врачей, — писала газета «Труд». — Даже у мужей кровь леденела от подробностей мучений, причинявшихся маньяком своим жертвам: «Вспорол живот…», «Вырезал язык и проглотил…», «Расчленил тело…»

14 октября в суде завязалось оглашение приговора, затянувшееся до следующего дня. Чикатило приговорили к смертной казни через расстрел.

«При назначении наказания Чикатило, несмотря ни на какие смягчающие его вину обстоятельства, учитывая чудовищные злодеяния, что он творил, судебная коллегия не может не назначить ему один-единственное наказание, которое он заслуживает — исключительную меру», — говорилось в судебном постановлении.

Прямо из суда Чикатило отвезли в Новочеркасск, в изолятор, где кормили осужденных на расстрел. Согласно воспоминаниям очевидцев, в одиночной камере разоблаченный маньяк старался держаться бодро, не курил и занимался спортивными упражнениями для поддержания конфигурации. В течение всего времени пребывания под стражей он писал жалобы на судью и следствие в партийные органы и редакции центральных газет, а также кассации с прошением о помиловании на имя президента России Бориса Ельцина.

«Я — одинешенек единственный, кто безусловно верил в скорую победу коммунизма во всем мире, я был фанатик коммунизма, а остальные только агитировали и слушали, и прикидывались. И вот моя трагедия совпала с кризисом коммунизма. Я — жертва и орудие этого монстра», — жаловался маньяк.

Заключительнее прошение было отклонено 4 января 1994 года. В своем письме Чикатило указывал на то, что 40 лет проработал на благо края, прожил нелегкую трудовую жизнь при «коммунистической тирании» и мечтает жить в новой и свободной России, а «уголовное дело, где его определяют как насильника, убивца и людоеда, полностью сфабриковано и нет никаких фактов его виновности». Кроме того, он настаивал на переводе в Москву, «чтобы говорить истину об этом странном, сенсационном деле, чтобы встретиться со специалистами — юристами, сексопатологами, психиатрами».

«Прошу вас оставить мне житье», — было написано в последней строчке.

Впрочем, отчаянные стенания садиста не растопили сердце российского президента. Новочеркасские тюремщики назначили казнь на 14 февраля. Самого Чикатило об этом не проинформировали. Как повествовал «Коммерсанту» в 1998 году на правах анонимности бывший палач, ставить в известность осужденного об исполнении приговора было запрещено порядком.

«Для безопасности персонала тюрьмы — ведь от смертника можно ожидать всего, вплоть до убийства конвоира», — объяснял он.

Этот человек повествовал, как проходит процедура казни:

«Осужденного выводят из камеры для медицинского осмотра или как бы к начальнику тюрьмы.

Затем его заводят в специальное изолированное помещение, где зачитывают несогласие о помиловании. А затем расстреливают. Смертник не видит исполнителя. Приговор исполняется в присутствии начальника тюрьмы, прокурора и врача. Никого из своих катов приговоренный не видит».

В день расстрела Чикатило в Ростовской области было 17 градусов мороза. Маньяка забирали из темницы на УАЗе. Его вели без шапки и в наручниках, с каждой стороны придерживали конвойные. В 2004 году один из участников экзекуции открыл подробности последних минут жизни Чикатило «Аиф», запретив лишь называть свое имя.

«Из-за высокого роста и наручников он никак не мог влезть в машину. Некто бесцеремонно подтолкнул его сзади, а находившиеся в машине люди втащили внутрь. Чикатило застонал, но не проронил ни слова. Попытка втиснуть его в специально оборудованную узкую кабинку результата не дала. Так и остался он сидеть на полу, у ног охранявших его людей. Машины выехали за город. Впереди шел УАЗ с Чикатило и охраной, позади — УАЗ с главой спецгруппы и прокурором», — писало издание со ссылкой на свой источник.

Примерно через час процессия прибыла на пункт. В темном дворике находились врач и еще двое — смотритель зданий и представитель УВД. Спустились в подвал, в маленькой, полутемной, заваленной престарелой мебелью комнате разместили Чикатило с двумя охранниками. Преступника усадили на колени на полу.

«Лицо чисто выбрито, останки седых волос растрепаны, на правой щеке свежая ссадина, видимо полученная при посадке в машину.

Внешне Чикатило был покоен. Наверное, поверил конвоирам, сказавшим, что его везут в Москву на обследование»,

— снова обращаемся к воспоминаниям анонима.

Затем в помещение вошел прокурор, поддерживавший обвинение в суде. Между ним и Чикатило завязалась непринужденная беседа. Гособвинитель проверил подготовленные документы: вердикт, определение и распоряжение суда, указ президента Ельцина от 4 января 1994 года. У преступника поинтересовались, знает ли он содержание этой бумаги. Тогда Чикатило разволновался, спросив: «Что, отказал?»

«Прокурор, уклоняясь от ровного ответа, сказал: «Слушайте, я вам его зачитаю». Указ состоял всего из нескольких строчек. Чикатило молча выслушал, но либо не постиг, либо не поверил: в лице не изменился и не произнес ни слова. Прокурор прочитал указ еще раз. Наконец Чикатило спросил: «Так что, сейчас меня расстреляют?» Все молчали. Пауза неприятно затянулась.

Тогда прокурор вдруг осипшим голосом произнес: «Исполняйте вердикт».

В ту же секунду слева от Чикатило бесшумно открылась другая дверь. Охранники резко повернули приговоренного к ней, подтолкнули, и тот, сделав два шага, исчез в другой комнате. Через секунду раздался глухой хлопок. Это был выстрел. Часы показывали 20.00», — так описал казнь Чикатило собеседник «Аиф».

Ключ


«Я — жертва коммунизма»: как казнили Чикатило