Чем хворал Ленин и почему это скрывают даже сейчас

Новость опубликована: 04.03.2018

«Пока доктора молчат, власть их не трогает»

Болезнь и смерть Владимира Ленина до сих пор покрыты плотной завесой тайны. Главный врач «Научно-медицинского геронтологического середины», невролог и гериатр Валерий Новоселов несколько лет изучал архивы, в которых содержатся документы о последних днях Ленина, а также монографии докторов главы советского государства. По итогам исследовательского проекта готовится к печати научно-документальная книга. О том, почему диагноз Ленина до сих пор не разглашается,
в каких мишенях государство использует медицинских работников и почему темное историческое прошлое до сих пор мешает нормальным отношениям врачей и пациентов, «Лента.ру» поговорила с Валерием Новоселовым.

«Лента.ру»: Отчего решили заняться болезнью Ленина? Любите исторические детективы?

Новоселов: В 1989 году я поступил в аспирантуру НИИ мозга Академии медицинских наук СССР. Тема моей труды была «Нейрофизиологический анализ деятельности головного мозга при нормальном старении и при сосудистой деменции». Поэтому заинтересовался клинической полотном болезни Ленина, у которого, как считается, было мультиинфарктное поражение мозга. О состоянии его здоровья имеется очень много публикаций, но в основном это рассуждения различных историков, конечно, без признаков медицинских знаний. И не подкрепленные никакими историческими документами.

За весь период было выпущено лишь две книги в 1997 и 2011 годах академика РАМН, директора института физико-химической медицины Юрия Михайловича Лопухина «Заболевание, смерть и бальзамирование В.И. Ленина». Он с 1951 года работал в лаборатории при мавзолее. Собственно, о болезни вождя там немного. Большая доля все-таки посвящена истории с бальзамированием. Юрий Михайлович в итоге написал, что по самой болезни у него осталось больше проблем, чем ответов. Документальная часть в его книге отсутствовала.

 

Вы с ним встречались?

Когда я начал писать свою книгу, Лопухина уже не было в живых. Он помер в октябре 2016 года. В январе 2017-го я написал запрос о предоставлении доступа к документам пациента, которые находятся в архиве ЦК КПСС. Сейчас он именуется РГАСПИ (Российский государственный архив социально-политической истории — прим. «Ленты.ру»), и меня, что необычно, допустили. С января по апрель 2017 года все независимое время я проводил в архиве. И на какой-то стадии я должен был сделать доклад в московском научном обществе врачей-терапевтов. Они меня подгоняли: подавай побыстрее. И я отправил запрос в РГАСПИ о необходимости изготовления копий документов для ускорения работы.

Почему не фотографировали их сами?

Это запрещено, а я законопослушный человек. Потому работал с компьютером в рамках режима, определенного самими сотрудниками архива. Из архива пришел ответ: «не можем мы предоставить вам ксерокопии документов, так как доступ к ним узок на 25 лет». Спрашиваю, как так? В соответствии с федеральным законом о тайне документы в архиве ЦК КПСС, связанные с болезнью Ленина, были затворены на 75 лет после его смерти. В 1999 году все ограничения должны были снять. Оказалось, что срок руководство архива удлинило по просьбе внучатой племянницы Ленина Ольги Дмитриевны Ульяновой. То есть мне давали работать с документами со статусом ограниченного доступа. И в свое пора ответственные лица меня не уведомили об этом.

Когда новое ограничение заканчивается?

В 2024 году. Но не факт, что этим документам опять не присвоят статус «ограниченный доступ», что обозначает в переводе на внятный русский язык — «доступа нет». Ведь в 1999 году у Росархива никаких полномочий продлевать ограничение не было. Они ведали о том, что нарушают закон. Но, как объяснили, «пошли навстречу (…) племяннице В.И. Ленина». В своем ответе мне в РГАСПИ сказали, что не возражают, если сведения, полученные мной в архиве, будут использоваться в научных мишенях. И вот теперь я закончил писать научно-документальную книгу о врачах и их пациенте Ленине. Для меня эта книга является своеобразной точкой в истории медицины советского этапа. В ближайшее время будет сделан доклад или серия докладов на научном обществе историков медицины.

 

Чем хворал Ленин и почему это скрывают даже сейчас

 

Владимир Михайлович Бехтерев

Фото: ТАСС

1/3

Не страшитесь, что вам могут предъявить обвинение в разглашении государственной тайны?

У нас немало историй о том, как люди получали какие-то сведения из научных журналов, прессы. А после государство им действительно предъявляло обвинение в измене. Я не хотел бы получить ограничение в правах. Например — в выезде за пределы России. Потому отправил в ФСБ запрос о том, какие у меня есть права по работе с архивными документами. И спросил, нарушили ли сотрудники РГАСПИ российский закон, когда разрешили мне трудиться в архиве. Жду официальный ответ.

Что вам удалось выяснить?

Учитывая сложную ситуацию с гостайной, сегодня я могу опираться в своем рассказе на документы, какие находятся в открытом доступе. Это монографии основателей отечественной неврологии и самих врачей нашего пациента. И есть дневник «с ограничением доступа» (записи самих врачующих врачей Ульянова), к которому меня допустили. Он представляет собой толстую папку в дерматиновой обложке коричневого цвета в 410 страниц формата А4. Формально это не медицинская документация, слово «диагноз» там нигде не звучит. В нем содержится масса информации: что пациент ел, с кем встречался. Записи начинаются с крышки мая 1922 года, когда считается, что Ленин заболел. И заканчиваются 1924-м — с его смертью. Вели дневник три врача: Василий Васильевич Крамер, скопивший анамнез пациента; Алексей Михайлович Кожевников, который начал его лечить; и Виктор Петрович Осипов, закончивший лечение. Никто в России и вселенной, кроме меня, дневник не видел. Вот такой удивительный факт. Но в этом документе — прямая речь самих врачей пациента Ленина, какие попали в сложную историческую ситуацию.

 

Какой специальности это были врачи?

Все основные врачи были неврологами. По официальной версии, у Ленина случилась серия инсультов, какими как раз занимаются эти специалисты. Кстати, с самого начала болезни Ленина можно заметить интригу. В России к 1922 году было три ведущих невролога, три всемирных звезды: Лазарь Соломонович Минор, Ливерий Осипович Даркшевич и Григорий Иванович Россолимо. Когда по просьбе советских глав в Москву приехали иностранные доктора, чтобы осмотреть Ленина, они были удивлены, что никто из этих знаменитостей не привлечен к лечению вождя. Глядите: Ленин повернул историю всего мира, с каким знаком плюс или минус — это уже другой вопрос. Но его личный врач Кожевников — вообще никому не популярен. Сегодня есть только надпись на могильном камне.

Среди докторов специально выбирали серую мышь?

Думаю, незнакомым его сделали потом. Я читал мемуары академика Алексея Ивановича Абрикосова, основателя советской школы патологической анатомии. Он упоминает Кожевникова несколько раз, причем — в списке выступающих врачей. Кроме него, из ведущих неврологов РСФСР (СССР тогда еще не было) Ленина наблюдал только Владимир Михайлович Бехтерев, какого потом в 1927 году отравили.

Именно из-за того, что он наблюдал Ленина?

В народе бытует версия, что Бехтерева отравили из-за диагноза, какой он поставил Сталину: «паранойя». Но я встречался с правнуком Бехтерева директором НИИ мозга человека РАН Святославом Медведевым. И, конечно, спросил его об этой загадке. Родственники уверены, что вина именно в самом Ленине. В Санкт-Петербурге под руководством Бехтерева был Институт мозга. И ученый справедливо полагал, что мозг Ленина должен храниться у них. Однако Сталин был против. Он страшился, что мозг может нести в себе информацию, которой могут воспользоваться.

Но почему нельзя было просто взять и покинуть мозг в Москве?

Бехтереву нельзя было взять и приказать отойти в сторону. Он мировой светила. Глыба в науке. Именем Бехтерева в медицине наименовано 47 симптомов, синдромов, болезней. Этот рекорд до сих пор никому из ученых в мире не удалось преодолеть. То есть для руководителей советского страны Бехтерев был недосягаемой величиной. А еще он был очень упрямым мужиком. Накануне смерти он собирался ехать на крупную неврологическую конференцию за рубеж. Вероятно, его побоялись спускать как носителя тайны болезни и смерти Ленина. Поскольку влияния на академика не было, решили действовать проверенным методом — отравили. Он вечерком заболел, а утром умер. Клиническая картина была характерна для отравления мышьяком. Все последующие события со вскрытием на дому, правильнее, просто забором мозга и мгновенной кремацией, только подтверждают политический заказ. Как и отсутствие судебно-медицинского исследования, которое надлежит были провести в этом случае.

Чем все-таки болел Ленин, если даже сегодня все документы об этом засекречены?

Невозможно с позиции современной медицины изучать заболевание Ленина. Клиническую картину я рассматриваю не с точки зрения сегодняшнего врачебного мышления, а усердствую встать на уровень развития медицинской науки того времени. Иду с двух сторон: внимательно исследую врачебный дневник и патологоанатомический акт вскрытия тела Ленина. Документ был написан на вытекающий день после смерти, 22 января 1924 года, в подмосковной усадьбе в Горках. В этой ситуации также все удивительно. Пациента вскрывают 22 января, а на следующий день, 23 января, тело доставляют в Москву. Ничего не вызывает проблем? Почему бы сразу не отвезти тело в профильное учреждение, где есть патологоанатомы, секционные столы, инструменты, ну и сами прозекторы? А его вначале вскрывают в Горках, где ничего нет. Туда же собирают медицинский консилиум — 11 человек. Из них только трое врачей были в усадьбе с момента кончины. Остальных нужно было доставлять на место. Москва в то время заканчивалась недалеко от Саратовского (ныне Павелецкого) вокзала. Усадьба Горки — вдали. Кругом усадьбы — обширная лесопарковая зона. Вокруг — около 30 человек охраны из латышских стрелков.

Врачи свое заточение писали под дулами?

По крайней мере, моральная атмосфера была соответствующей. Совершенно очевидно, что в Москве трудно было бы гарантировать нужный уровень секретности, поэтому выбрали усадьбу в лесу. Даже в удаленных Горках все-таки произошел инцидент. В медицинской комиссии, присутствовавшей на вскрытии, был Федор Александрович Гетье — собственный врач семьи Ульяновых. Это русский человек, но с французскими корнями. Из всех присутствующих он так и не подписал патологоанатомический акт исследования тела Ленина. Однако кушать второй документ также от 22 января 1924 года с подписью Гетье.

Разница между этими бумагами в чем?

В документе с подписью Гетье было произнесено: обнаружены резкие изменения кровеносных сосудов головного мозга, свежее кровоизлияние, что послужило причиной смерти…» С этим доктор Гетье согласился. Но его подписи нет под заточением, что «причиной болезни умершего являлся атеросклероз износа…» Диагноза abnutzungsclerose не существовало ни тогда, ни сейчас. Еще в начале прошедшего века теории об износе сосудов были признаны несостоятельными всеми специалистами мира. И патологоанатом номер один в краю и мире Алексей Абрикосов, вскрывавший тело, не мог этого не знать. Как не могли не знать и его коллеги, приглашенные в Горки. Вскрытие продолжалось 3 часа 10 минут, как указано в акте. В мемуарах Абрикосов указывал время 3 часа 50 минут. На этот нюанс могут обратить внимание доктора.

Длительность процедуры — это важная деталь?

Такое вскрытие должно было занять не более двух часов. Чем занимались оставшиеся два часа? В Горках был телефон, и, самое вероятное, добавочное время ушло на согласование диагноза с политбюро. То есть две страницы акта написаны врачами, а заключительный абзац о необычном атеросклерозе спущен сверху. Но если внимательно вчитаться в патологоанатомический акт, то человеку с медицинским образованием сделается ясно, что никакого атеросклероза у Ленина не было.

Почему?

Что такое атеросклероз? Для него характерны определенные морфологические изменения. Первое — непременно липидные (жировые) пятна на стенках сосудов, второе — атеросклеротические бляшки. Бляшка — это структурное морфологическое образование, которое имеет кромки. При резком развитии атеросклероза количество бляшек становится очень большим, они частью сливаются друг с другом и придают внутренней поверхности пораженных артерий на большенном протяжении грубый бугристый вид.

Чем хворал Ленин и почему это скрывают даже сейчас

Фото: предоставлено Валерием Новоселовым

“Горки Ленинские”, помещение ванной, где со слов сотрудников мастерили вскрытие тела Ленина

В акте вскрытия Ленина написано: сосуды, как шнуры. И другие подробности. Все это описывает другое заболевание: менинговаскулярный сифилис головного мозга. У основного патологоанатома Москвы тех лет Ипполита Давыдовского есть подробное описание характерных черт этой патологии. Если его определение наложить на акт вскрытия Ленина — у специалистов пропадут сомнения.

Сифилис врачи увидели именно на вскрытии, но побоялись обнародовать?

В открытых документах врачи Ленина ясно написали, что при существования пациент получал лечение, соответствующее диагнозу. А лечили Ленина только противосифилитическими препаратами. Это тяжелые металлы: ртуть, висмут, мышьяк, вящие дозы йода каждый день. Все это описано у академика Лопухина. На тот момент во всем мире с сифилисом боролись только так.

Состав команды докторов, врачевавших Ленина, также о многом может сказать. Например, его основной лечащий врач Кожевников в те годы считался ведущим специалистом в России по нейросифилису. Также специально для консультации Ленина был из Германии потребован Макс Нонне — главный специалист Европы по лечению нейросифилиса.

Хотите сказать, что болезнь Ленина для ближайшего окружения не была секретом?

У Ленина для того времени была стандартная клиническая картина. В психиатрических отделениях российских больниц пациентов с точно такими же симптомами было от 10 до 40 процентов. Потому все прекрасно понимали, что это такое. В том числе и данный пациент, ведь неслучайно он просил яд. Он видел, как обычно заканчивается эта болезнь: прогрессивным параличом, идиотией. Главный патологоанатом Москвы Ипполит Давыдовский писал: «По данным секций (вскрытий — прим. «Ленты.ру»), количество больных сифилисом в 1924-25 годах составляло 5,5 процентов народонаселения». То есть из ста москвичей как минимум пятеро были больны. И эта статистика неполная. Регионы очень сильно отличались друг от товарища. В Калмыкии, например, больных было до 43 процентов от списочного состава населения. Поголовные осмотры в 1920-х годах показали, что в отдельных селах Центральной России сифилисом хворали до 16 процентов жителей.

То есть в России была эпидемия сифилиса?

Сифилис являлся колоссальной проблемой не только для России, но и для Европы. Когда в 1940 году отворили антибиотики, эту болезнь стали лечить довольно просто. А до этого он представлял угрозу государственной безопасности. Как именно заразился Ленин — мы не ведаем, анамнез тут собран слабо. Но хочу подчеркнуть, что в то время бытовой сифилис был широко распространен. Ну и путь самого заражения мне не увлекателен. Для меня это обычная болезнь, которая стала самым запутанным событием в истории не только нашей медицины, но и медицины итого мира.

Если сифилис бытовой, по идее, о нем не стыдно говорить. Заразиться мог каждый, даже ребенок. К чему все было засекречивать?

Сифилис, неважно какой, всегда считался «недостойным» заболеванием. У него было множество названий: французская, польская, гнилая болезнь, франц-венера. Для докторов все равно, кого и от чего лечить: хоть беленьких, хоть красненьких. Есть деонтология — наука о должном. Врач избрал свою стезю, пошел по линии долга. Но в медицину тогда вмешалась политика. Что строили революционеры? Человека нового образца. Сифилис в этот «красный проект» никак не вписывался.

Вы упомянули науку о должном. Но неужели то, что врачи пошли на сделку с властью, скрыли правду, — это не нарушение деонтологии?

Пациенту никто не вредил. Сделка с волей заключалась в том, что врачи молчали, участвовали в политической игре с печатанием ложных бюллетеней с информацией о здоровье главы государства. Итого за время болезни вышло 35 бюллетеней. Даже Ленин смеялся, когда читал эти медицинские сводки. Об этом сохранилась запись в дневнике. «Я размышлял, что лучшие дипломаты в Гааге, а на самом деле это мои врачи», — говорил он. Но ведь не врачи же писали бюллетени, в которых сообщалось, что у Ленина гастроэнтерит.

К тому поре многие русские врачи, принявшие революцию, служившие советской власти, были деморализованы. В архивах я нашел письмо устроителя советской медицины Николая Семашко, адресованное лично Владимиру Ленину и членам политбюро. Там он говорит о том, что на Всероссийском съезде докторов многие выступали против «советской медицины» и восхваляли «страховую» и «земскую». И 22 мая 1922 года Ленин дает директива Дзержинскому разобраться с врачами. Как разбирались в то время — все знают.

Допустим, россияне боялись. Но в «ленинской» медицинской команде было девять иноземцев. Почему из них никто не проговорился?

ГПУ (Главное политическое управление при НКВД — прим. «Ленты.ру») гуляло по Европе, как у себя дома. К тому же иноземцы получили очень большие деньги. Кто-то 50 тысяч, кто-то 25 тысяч золотых рублей. Сегодня эта сумма эквивалентна миллионам долларов.

Что сделалось с советскими врачами, лечившими Ленина?

Я думаю, был негласный договор: пока врачи молчат, власть их не трогает. Обеспечивал его выполнение наркомздрав Николай Семашко. Он служил буфером между докторами и Сталиным, пытался сгладить шероховатости. Не получилось только с Федором Гетье, отказавшимся подписать акт вскрытия Ленина. С ним очень лукаво поступили. У старого Гетье был единственный сын Александр Федорович — в то время знаменитый тренер по боксу. Его расстреляли в 1938 году. Папа этого не вынес и через два месяца умер. Также расстреляли Николая Попова. В ленинской бригаде он был самым молодым доктором, только-только поступил в ординатуру и при знаменитом пациенте выполнял функции санитара. В 1935 году он попытался анкетировать Надежду Крупскую о существования и болезни Ленина.

Ну а судьбы остальных сложились хорошо?

По моим подсчетам, иностранные врачи, лечившие Ленина, в среднем на 12 лет прожили длиннее, чем русские. У первых средняя продолжительность жизни составила 80 лет, а у наших — 68,5 года. Это большая разница. Я связываю это с состоянием сильнейшего стресса. Я встречался с внучкой академика Абрикосова, коротавшего вскрытие Ленина, Натальей Юрьевной. Когда дед умер, ей было шесть лет. Она мало что помнит. Но сказала четко: в семье все соображали, что Абрикосов до вскрытия Ленина и после — это два разных человека.

Есть ли связь между сталинским «делом врачей» и болезнью Ленина?

В 1949 году гарант негласного соглашения между Сталиным и врачами Николай Семашко умирает. Сам, своей смертью. А дальше можно много версий выдвигать. Вероятно, Сталин помнил, как врачи «соглашались». И просто представил, что с ним может произойти. И родилось «дело врачей». В 1953 году в Москве и Санкт-Петербурге бывальщины арестованы около 30 ведущих профессоров медицины. Сколько рядовых врачей — никто не считал. В конце марта 1953 года их должны бывальщины публично повесить на площадях обеих столиц. Но — повезло. Сталин умер. Однако последствия всех этих дел до сих пор чувствуются.

Каким манером?

Считаю, что сегодняшнее отношение россиян к врачам — заслуга в том числе и того дела с Лениным. Я много разговаривал с людьми, выступающими историками страны и мира, великими врачами, учеными и обычными гражданами. Большинство считает, что Владимира Ильича лечили «не от того и не так». В итоге у многих глубоко в сознании сидит недоверие к врачам. Поэтому мы должны показать, что руки — чистые, что Ленина лечили по самым высшим стандартам того поре, врачи делали все, что могли. Может тогда хоть один маленький процент россиян поймет, что к врачам не надо смотреть как к вредителям. Наши коллеги, врачи из той истории, заслужили право на правду.

Современными научными методами можно установить официальный диагноз Ленина?

Необходима политическая воля. С момента распада СССР в России родились 38,5 миллиона человек и 52 миллиона умерли. Популяция совершенно другая, нежели чем была в ленинские времена. Когда те, кто изучал в вузах научный коммунизм, и бывшие октябрята окончательно удалятся в прошлое — наверное, тогда станут возможными перемены. История требует изучения и опубликования, чтобы это не повторилось. Сейчас, наблюдая за скоростью возбуждения уголовных дел против докторов, мне кажется, что власть снова начала играть в свои игры с врачами. Может быть, прямой команды сажать докторов и не было. Но кушать ведь и невербальные сигналы.

 

 


Чем хворал Ленин и почему это скрывают даже сейчас