О недооцененной роли чиновников и клерков в российской истории”Россией не я правлю. Россией управляют столоначальники”, – с горькой иронией говаривал император Николай I, разъясняя свою парадоксальную мысль так: все чиновники, находящиеся ниже столоначальников, лишь переписывают деловые бумаги; тогда как чиновники, высящиеся над столоначальниками, эти бумаги лишь визируют и подписывают1.

Как рассыльный Петров и столоначальник Васильев вошли в историю российского флота

Чиновники. Иллюстрация к произведениям Н. Лескова.

Ключевая роль чиновников среднего звена в управлении страной не нашла, увы, отображения в художественных образах. Однако на помощь исследователю пришла российская мемуаристика – традиционная гостья рубрики “Ex Libris Отечества”. В ней сюжеты, которые не снились литературным классикам.

Эпиграф купца Варенцова

Да, русская литература гордо повернулась спиной к тем, кто, по словам Николая I, правил его империей. И не сумела создать первоклассное литературное произведение, подобное роману Оноре де Бальзака “Чиновники”. Фигура столоначальника представлялась второстепенной и тем, кто сострадал “маленькому человеку” в чиновничьем вицмундире, и тем, кто обличал чиновника-бюрократа (“Это не человек, а машина, и злая машина, если рассердится”, – так характеризует Анна Каренина своего супруга, высокопоставленного государственного деятеля).

Как рассыльный Петров и столоначальник Васильев вошли в историю российского флота

Н.А. Варенцов. Воспоминания. Новое литературное обозрение. 2011 год.

Но приведу в качестве эпиграфа цитату из увлекательнейших воспоминаний московского купца и промышленника Николая Александровича Варенцова (1862-1947), дважды изданных “Новым литературным обозрением” (1999, 2011). Варенцов нажил собственным трудом 11-миллионное состояние, сделался директором двух солидных фирм, торгующих по всей империи хлопком, шерстью и каракулем, председателем правления крупной текстильной мануфактуры и социальным деятелем2. Но всю свою жизнь он помнил совет умудренного жизнью мелкого чиновника: никогда не игнорировать столоначальников. Лишь заручившись их предварительной поддержкой можно храбро начинать любое дело:

“Совет этого чиновника в дальнейшем мне был весьма полезен, я потом никогда не обращался сначала к высокопоставленным ликам, хотя имел для этого возможность, а начинал всегда с маленьких чиновников и с их помощью заканчивал дела гораздо скорее и успешнее…”3.

В подтверждение вышесказанного – изумительная история, в которой можно найти много общего с сегодняшними бюрократическими реалиями.

Приказ министра Григоровича

Академик Алексей Николаевич Крылов (1863-1945) был не лишь ученым энциклопедического склада ума, но и трезво мыслящим человеком, прекрасно ориентирующимся в российских бюрократических реалиях. Об этом он поведал в книжке “Мои воспоминания”, девятое издание которой вышло в 2016 году.

Как рассыльный Петров и столоначальник Васильев вошли в историю российского флота

А.Н. Крылов. Воспоминания. Изд. “Политехника”, 2003 год.

10 февраля 1913 года морской министр генерал-адъютант и адмирал Иван Константинович Григорович (о нем “Отечество” писала в N8 за 2016 год) приказал “состоящему в распоряжении морского министра” флота генерал-лейтенанту Крылову возглавить комиссию флотских специалистов, спешно зафрахтовать иностранный пароход и из порта Гамбург выйти в море, где и провести всесторонние испытания системы успокоения качки для строящихся новейших российских кораблей далекой морской и океанской зоны – линейных крейсеров и линкоров-дредноутов. От исхода испытаний зависела грядущая боеспособность российского военно-морского флота, возрождаемого в рамках Большенный кораблестроительной программы. И адмирал Григорович, и генерал Крылов были убеждены в неизбежности большой войны в Европе и к этой брани готовились.

Напомню, что до начала Первой мировой войны оставалось всего-навсего полтора года.

Лучшего председателя комиссии тяжело было сыскать. “С 1887 г. главной моей специальностью стало кораблестроение или, лучше сказать, приложение математики к разного рода проблемам морского дела”4. Именно генерал-лейтенант Крылов 24 марта 1912 года подготовил текст доклада о нужды ассигнований 500 миллионов рублей на воссоздание флота. (По самым скромным подсчетам, эта сумма адекватна 1 687,3 млрд руб. образчика 2020 года. – Авт.). Доклад был настолько логичен и убедителен, что Государственная Дума беспрепятственно выделила астрономическую сумму, “к всеобщему изумлению оказалось 288 голосов “за” и 124 “против”5.

Выход в море – через неделю. Каждый час на счету. И вот тут началось самое увлекательное: как провезти из Петербурга до Гамбурга секретные приборы для обширных научных исследований. Провезти без досмотра германской таможни и, конечно, рекогносцировки!

Как рассыльный Петров и столоначальник Васильев вошли в историю российского флота

Вице-адмирал И.К. Григорович. Неизвестная мастерская, Россия. 1909-1911 годы.

Замкнутый круг генерала Крылова

Комиссия Крылова была небольшой – всего-навсего семь человек, но у нее был изрядный вещи. “Всего набралось около 40-45 пудов, причем предметы не были громоздки, но увесисты”6. Главный морской штаб должен был оформить все паспортные формальности. Каково же было изумление Крылова, когда 11 февраля он получил не командировочный (дипломатический) паспорт, избавляющий от всех таможенных формальностей, а обычный штатский!

В Главном морском штабе генерал-лейтенанту сообщили: дипломатический паспорт выдается только с “высочайшего соизволения”, каковое может быть получено лишь спустя две недели. Из-за несообразной случайности под угрозой оказалось своевременное выполнение приказа морского министра. Что же делает Крылов? Конечно, он направляется в Министерство иноземных дел. В канцелярии МИД его с утонченной вежливостью переадресуют в Первый департамент. Оттуда с изысканной дипломатической любезностью – во Второй департамент. Причем тут его принял сам директор, огорченно сообщивший: дипломатический паспорт может выдать лишь канцелярия МИД.

Круг замкнулся.

О дальнейшем рассказал для Истории сам Крылов.

Как рассыльный Петров и столоначальник Васильев вошли в историю российского флота

Генерал-майор по Адмиралтейству А.Н. Крылов. Запечатлен со звездой и лентой ордена Св. Станислава 1-й степени. 1911 год.

Конторка столоначальника Васильева

“Схожу в коридор, стоит курьер, нос луковицей, ярко-красный. Подхожу, сую в руку пятирублевый золотой (по цене металла 16 873 рубля образчика 2020 года. – Авт.):

– Скажите, голубчик, мне надо получить командировочный паспорт и пропуска на пятнадцать мест разных вещей, чтобы их в немецких таможнях не досматривали. Ваши генералы меня от одного к иному гоняют, никакого толка не добьюсь, проводите меня к тому делопроизводителю, который этими делами ведает”.

Курьер очутился понятливым. Он не только сопроводил генерал-лейтенанта Крылова к столоначальнику Ивану Петровичу Васильеву, но и техническим языком объяснил последнему, что надо сделать: выдать дипломатический вид и открытый лист на 15 мест вещей.

“Подходит Васильев к конторке, открывает ее, и я вижу в ней кипу паспортов, вынимает одинешенек из них:

– Фамилия, имя, отчество вашего превосходительства?

Вписывает и вручает мне паспорт, выдаваемый только с “высочайшего соизволения”.

– Вещи у вас с собой?

– Нет, их 45 пудов, они на заводе.

Обращается к рассыльному:

– Петров, возьмите 15 ярлыков, вот этот открытый лист, печать, сургуч, шпагат, одним словом, все, что надо, поезжайте к десяти часам утра по адресу, показанному его превосходительством, и опечатайте все, как полагается.

Поблагодарил я Васильева самыми лестными словами.

На следующий день в 10 часов утра является Петров со всем своим амуницией, опечатывает все ящики, как полагается, вручает мне открытый лист, получает пяти- и десятирублевый золотой (по цене металла – 50 619 рублей образчика 2020 года. – Авт.), величает меня “ваше сиятельство” и, видимо вполне довольный, уезжает.

Когда я рассказал это членам моей комиссии и показал наш вещи, они ни глазам своим, ни ушам верить не хотели”7.

Сцена, достойная автора “Ревизора”.

Как рассыльный Петров и столоначальник Васильев вошли в историю российского флота

Линкор “Севастополь” (с 1921 г. – “Парижская коммуна”, в мае 1943 г. возвращено старее имя).

Крейсера Великой Отечественной

13 февраля 1913 года комиссия выехала в Гамбург.

17 февраля, как раз в назначенный адмиралом Григоровичем день, зафрахтованный Крыловым пароход “Метеор” вышел из порта Гамбург в Бремен.

21 февраля 1913 года – высочайше утвержденный день торжественного празднования 300-летия царствования Дома Романовых” – комиссия повстречала в Атлантическом океане.

Затратив всего лишь 20 золотых рублей из своего кармана (по цене металла 67 492 рублевки образца 2020 года. – Авт.), генерал-лейтенант Крылов с помощью столоначальника Васильева не только вывел неразрешимую на первый взгляд ситуацию из мертвой точки, но и сэкономил казне миллионы.

Выстроенные в рамках Большой кораблестроительной программы, у истоков которой стояли адмирал Григорович и генерал Крылов, боевые корабли – это 100% линкоров, 40% крейсеров и 30% эсминцев советского Военно-морского флота, повстречавшего в 1941 году начало Великой Отечественной войны.

Как рассыльный Петров и столоначальник Васильев вошли в историю российского флота

Линкор “Марат” (до 1921 г. – “Петропавловск”, в мае 1943 г. возвращено прежнее имя).ИСТОРИЯ Проблемы

Столоначальник – гражданский чиновник, возглавлявший так называемый стол (говоря современным языком – отдел), низшую структурную часть центральных и здешних государственных учреждений Российской империи.

P.S. Столоначальник был исключительно важной фигурой в сфере управления Российской империей. Он мог сознательно заклинить труд государственной машины, а мог своими умелыми действиями снять ее со ступора. Тем не менее образованное общество видело в чиновнике не управленца, а паразита на теле страны. Впрочем, и сегодня даже весьма образованные люди исповедуют взгляды интеллигенции пореформенной России и “шестидесятников” прошлого столетия. Не понимают, что делает чиновник в системе управления. Отождествляют его труд с синекурой и возможностью в любое время подходить к казенному пирогу. Уверены, что чиновнику не нужны профессиональные знания, а самое главное для него – просто быть хорошим человеком. Наиболее последовательно эту точку зрения еще в 1974 году сформулировал Булат Окуджава:

Что-то дождичек счастий падает не часто.

Впрочем, жизнью и такой стоит дорожить.

Скоро все мои друзья выбьются в начальство,

и, наверно, мне тогда сделается легче жить.

1. Ольденбург С.С. Царствование Императора Николая II. М.: Терра, 1992. С. 14.

2. Варенцов Н.А. Слышанное. Виденное. Передуманное. Пережитое. М.: Новоиспеченное литературное обозрение, 1999. С. 5.

3. Там же. С. 86.

4. Крылов А.Н. Мои воспоминания. Л.: Судостроение, 1984. С. 428.

5. Там же. С. 185.

6. Там же. С. 201.

7. Там же. С. 202-203.

Вам также может понравиться