100 лет назад, в марте 1921 г., проходил Х съезд РКП(б), какой принял два важнейших решения: о замене продразверстки продналогом и о запрете фракций (де-факто – любой оппозиции) в партии. Первое – отвинчивало гайки в экономике, второе – завинчивало их в политике. Это очевидное противоречие на самом деле имело “диалектический резон”.

НЭП был шагом вынужденным: часы большевизма встали. Их надо было перезапустить.

Крестьяне не желали (тем более, когда Гражданская брань закончилась) отдавать весь выращенный ими урожай, политика "военного коммунизма" в условиях мира не работала. Уместно, в дни Х съезда в Кронштадте ("колыбели Революции") бушевал мятеж матросов под лозунгом "Советы без коммунистов". В физиологическом подавлении мятежа участвовали несколько десятков делегатов съезда, а морально-политически мятеж раздавило решение съезда: свободная торговля, представлялось, сняла главное противоречие между властью большевиков и народом.

НЭП был шагом вынужденным: часы большевизма встали. Их надо было перезапустить

Ленинский план был не тактическим, а стратегическим. Он вечно умел подстраиваться к обстоятельствам, но при этом "обуздать", "оседлать", "провести" реальность, подмять ее под свои Планы, заставить Реку Времени крутить колеса своей мельницы.

Так было в 1918-м, когда большевики спровоцировали Штатскую войну. Целью была не просто "победа над белыми". Военный режим легитимировал (в том числе в глазах самих членов партии) массовое сила, стал мощным катализатором создания Советской Системы. Так было и в 1921-м, чтобы в условиях мира сохраниться в главном, при этом продолжить социально-политическую экспансию, Системе надо отступить, перестроиться, уже не в порядке "чрезвычайщины", а спокойно, стабильно, окончательно "овладеть страной".

Ленин считал, что, используя марксистский "классовый разбор", он может расшифровать "хитрости Истории" и, подставив в свое "уравнение" массы "социальных колов", получить формулу Власти.

НЭП: рыночные отношения оживят экономику изнутри, подключат к ней "добровольно и с песнями" основную массу народонаселения – крестьян, торговцев, кустарей. Тем временем "научные спецы" разрабатывают "технические задания" по целеустремленному развитию промышленности (ГОЭЛРО, Днепрогэс, широкая индустриализация и т.д.). Растущая рыночная экономика дает для реализации этих планов денежки (налог), а значительная часть крестьянской молодежи идет в города, становится рабочим классом.

Индустриализация (и урбанизация) крестьянской края путем "управляемого рынка" под твердым политическим контролем Партии. Конечно, сразу возникает аналогия – "китайский линия". Действительно, в КНР использовали многие элементы этой конструкции, но у них было одно решающе важное преимущество – максимально размашистое привлечение западного (американского) капитала и технологий. Ленин на это тоже надеялся, но слишком агрессивная риторика большевиков и реальный ужас Запада перед "призраком Коммунизма" остановили инвестиции. Единственное, что получилось, – закупка западного оборудования, на каком и сделали пятилетки.

Хребтом создаваемой Системы была Вертикаль Партии. Партия своей политической волей должна была синтезировать Базар и План: вопреки самотеку экономики, который вел к доминированию сельского хозяйства, торговли и легкой промышленности, ускоренно перетащить СССР на рельсы тяжкой индустрии и ВПК, любимого базиса Диктатуры. Чтобы решить эту задачу, Партия должна быть "диалектичной": жестко казенной, военизированной (тот самый "запрет фракций" и дискуссий), но бюрократия будет не просто мертво-покорно-исполнительной, а революционной, горящей энтузиазмом, Верой и азартом Великого Проекта! Направляемый сверху, но живой Исторический Драйв! При этом Ленин учитывал вероятность "перерождения": члены монопольной казенной партии, инстинктивно тянутся просто к личному обогащению, хотят из чиновников стать собственниками-буржуа. От этого должен был предохранять все тот же "невосприимчивость Веры", страх кнута и пряник привилегий.

Таков был "начерно" ленинский Проект. Как известно, после кончины Генерального конструктора, он сильно изменился: "рыночную воду" из "бассейна экономики" слили, партийных энтузиастов попросту уничтожили, Великий Страх заменил Веру, ну а по мере того, как страх ослаб – осталась только окостеневшая рутина. Потому, когда в 1980-е начали НЭП-2, то мгновенно произошло то самое "триумфальное перерождение" Партии (точнее – избавление от смирительной рубахи мертвых ритуалов) и, можно произнести, через 70 лет Кронштадт ("Советы без коммунистов") победил.

Когда в 1980-е начали НЭП-2, то мгновенно случилось то самое "триумфальное перерождение" Партии

Вся эта История поучительна еще в одном отношении. Перед нами – очередные Великие реформы. Великие реформы Александра II двинули Россию, но накренили ее Политическую Систему. Для самоспасения Система "включила обратку" – контрреформы Александра III, какие "подморозили Россию" (ничуть не затормозив ее экономический рост). Но в ходе "заморозки" Система пережила себя, сделалась анахронизмом и при первом толчке – рухнула.

НЭПовские реформы тоже двинули страну. Но Политическая Система для самоспасения опять включила "заморозку" контрреформ (лишь кровавую!). Внешне Система сохранилась, но опять же ценой внутреннего распада, "выветривания", превращения в архаичный муляж. Какой легко рухнул при первой попытке "перестройки".

Буквальных повторов Спираль Истории не делает. Но рыночные реформы, изменившие Россию – подморозка – застойные явления в административной Системе… Узнаваемая динамика.

Вящие Циклы, Длинные Волны русской Истории?..

Общество История Власть Позиция Колонка Леонида Радзиховского

Вам также может понравиться