«Отдал существование Российскому государству»: кто лечил Петра I
Все права на фотографии и текст в данной статье принадлежат их непосредственному автору. Данная фотография свзята из открытого источника Яндекс Картинки

«Отдал существование Российскому государству»: кто лечил Петра I

В Любляне состоялась историко-культурная выставка «Царь и доктор», посвященная Петру I и его доктору Григорию Карбонарию. Цель проекта — рассказать иностранцам о петровской эпохе и масштабных реорганизациях, свидетелем которых являлся словенский медик.

    «Славянские страны хотят знать историю России»

    Россия начала подготовку к празднованию 350-летия со дня рождения Петра I. Юбилейная дата доводится на 2022 год. Разработана программа мероприятий, призванных рассказать за рубежом о первом русском императоре. Основная идея – показать иноземцам петровскую эпоху через людей из его окружения, так или иначе связанных с конкретной страной. Петр Великий, как известно, стремился звать на службу европейских специалистов в различных областях.

    Так, рядом с ним долгое время находились швейцарец Франц Лефорт, шотландец Патрик Гордон, немец Бурхард Минних, швед Родион Баур, норвежец Корнелиус Крюйс, португалец Антонио ди Виейра, грек Иван Боцис, серб Сава Рагузинский и многие иные. Но ближе всех к государю во всех смыслах стоял словенец Грегор Воглар, известный в России как Григорий Карбонарий.

    На протяжении четверти столетия уроженец деревни Накло в 30 км к северу от современной Любляны являлся личным доктором знаменитого реформатора.

    Дружбе Петра I и Карбонария была отдана выставка, придуманная музеем-заповедником «Петергоф» и представленная в Российском центре науки и культуры (РЦНК) в столице Словении.

    По задумке созидателей, экспозиция с характерным названием «Царь и врач» повествует о масштабных преобразованиях в России начала XVIII века, ставших итогом дипломатических миссий Петра I в Европу. Когда самодержец менял страну, за его здоровьем чутко следил медик Воглар. Как разъяснили в РЦНК гостям-словенцам, их соотечественник помог русскому царю сберечь энергию и не поизноситься раньше времени в своих ежедневных трудах.

    «Это попытка вытащить из небытия человечью историю и о ней рассказать, — заметила директор «Петергофа» Елена Кальницкая в разговоре с «Газетой.Ru». — Славянские края хотят лучше знать российскую историю. Мы решили определить точки сближения и нашли, что в каждой стране есть некто, с кем был связан Петр I. Наша тема – история России петровского времени. Следующим героем станет Савва Рагузинский, серб, какой ездил по всему миру и собирал коллекцию. Петергоф весьма ему обязан. У нас есть достаточно много вещей, которые приобрел Петр с поддержкой Рагузинского. А Григорий Карбонарий лечил первого русского императора. Это личность ренессансного масштаба».

    «Царь обладал редким талантом находить увлеченных людей»

    «Его лепта в развитие русской медицины трудно переоценить, — заявила руководитель Россотрудничества Элеонора Митрофанова. – Выставка «Царь и доктор» открывает серию просветительских европейских проектов в преддверии юбилея Петра I и рассказывает о роли европейского опыта в его реформах. Царь обладал негустым талантом находить увлеченных людей и делать их своими соратниками вне зависимости от их национальности. Одним из них оказался Воглар. Наш проект воздает дань почтения делам медика-словенца, отдавшего большую часть жизни службе Российскому государству. Выставка также рассказывает о самом начине долгой истории культурных связей между Россией и Словенией. Я уверена, что эта экспозиция будет интересна всем категориям посетителей, взрослому и меньшему поколениям. Доктор – самый близкий человек к семье».

    «Они познакомились во время великого посольства Петра. Царь вернулся из Европы подавлять стрелецкий бунт, и Карбонарий уже был с ним рядышком.

    Вряд ли он кого-то лечил, когда рубили головы и кровь лилась рекой, но есть сведения, что он занимался психологической подготовкой людей, какие шли на казнь. Дальше Петр обратил на него внимание, понял, что это человек серьезного характера. Самодержец взял его на театр Нордовой войны, Карбонарий участвовал в Полтавской битве. Дальше словенский доктор шел по жизни с Петром до 1715 года. К этому поре он занял пост руководителя всеми медицинскими учреждениями Москвы и, судя по всему, просто устал. Устал от жизни на чужбине и, вероятно, от Петра, который, как известно, обладал очень тяжелым характером. Карбонарий видел основание Петербурга и Петергофа, был знаком с Александром Меншиковым, с лейб-медиком Робертом Арескиным», — констатировала Кальницкая.

    Одним из первых о Вогларе упоминал в 1866 году словенский этнограф и беллетрист Янез Трдина. Доктор из деревни Накло в Верхней Крайне – весьма любопытная фигура. Не сохранилось сведений о том, когда он достоверно родился. Но известно, что сын крестьянина Мартина Воглара и его жены Аленки был крещен по католическому обычаю в 1651 году. То есть, он был престарелее Петра примерно на 20 лет.

    «Достойный ученый и верный подданный»

    Грегор получил хорошее образование, что, по-видимому, свидетельствует о достатке его родителей. Вначале учился недалеко от дома в Кране, затем прошел шестилетний курс в иезуитской гимназии в Целовце (современный Клагенфурт), окончив его в 1672-м – в год рождения Петра Алексеевича Романова. Затем Воглар отучился в университете Граца, получив звание доктора философии. Для своего поре он был очень образованным человеком.

    В середине 1680-х годов русские цари Петр I и Иван V обратились к императору Священной Римской империи Леопольду I с мольбой прислать им искусных докторов.

    На предложение откликнулись Джакомо Пилярина и Воглар, который таким способом планировал поправить свое физическое положение. После прибытия в Москву врач стал зваться Карбонарием.

    «Занимаясь поисками хорошего медика, Петр I кинул клич по Европе. Но вдали не все хотели в «лапотную Россию, где ходят медведи». Поэтому царь посулил не только высокое жалованье, но возможность «всегда вернуться домой». Петр твердо ведал, что к нему поедут неудачники. Например, почти все прибывшие в Россию архитекторы не смогли реализоваться в Европе. С ними Петру мощно не везло. Если все-таки приезжали мировые величины, то умирали примерно через год. А Воглар прослужил свыше 25 лет. Необыкновенный случай», — отметила Кальницкая.

    В письме к главе Посольского приказа Василию Голицыну император Леопольд I характеризовал Воглара вытекающим образом:

    «Это достойный ученый и верный подданный великой державы, доктор философии и медицины, и из-за исключительных познаний в лечении и неустанной попечения и доброжелательности по отношению к больным достоин всяческих похвал».

    «Мы реализуем идеи Петра I»

    В 1700 году во время войны России со Швецией Карбонария захватили в плен. Отпустить его удалось только четыре года спустя при посредничестве Леопольда I. Вновь оказавшись в Москве, медик получил звание скрытого советника. В дальнейшем Карбонарий участвовал в битве под Полтавой, при осаде Ревеля успешно боролся с чумой среди осаждавших, а в 1711-м сопровождал Петра I в несчастливом Прутском походе, указывается в научной статье доктора исторических наук, ведущего научного сотрудника Института славяноведения РАН Искры Чуркиной.

    Впоследствии до 1714 года Карбонарий трудился в Московском медицинском приказе, пока не написал прошение об отставке.

    В грамоте, выданной пожилому доктору для обеспечения ему свободного проезда, говорилось, что Карбонарий был на службе у царя 26 лет и «во все то пора нам служил верно и искусно и поступок имел изрядный, яко надлежит доброму и искусному доктору иметь».

    Воглар вернулся в Словению в 1715 году и утилитарны сразу умер, не прожив в родной деревне и года, пояснила директор музея «Петергоф» Кальницкая. Известно, что Петр при прощании дал ему с собой немало денег.

    «Кто знает, возможно, останься Воглар в России и проживи дольше, он мог бы спасти Петра от смерти в 1725-м, — добавила она. – Но Петр к тому поре уже сильно болел. Внутренние органы были не в порядке. У него развилась уремия, воспаление мочевых путей. Спасая рыболовов у Лахты, император простудился и умер в страшных мучениях. Даже не успел назвать преемника. Сказал только: «Отдайте все…» — и испустил дух. Нынешние технологии позволяют многое. Например, — подобные выставки, не очень дорогие, но очень емкие по информативности. У нас в Петергофе такие выставки стоят в парке. Это все идеи Петра: он желал, чтобы парк Петергофа являлся парком-учебником. Мы реализуем его идеи».

    Источник

    >