«Ныне вечером линчуем негров»

Нынешний всплеск расовых протестов в США используется демократами для свержения Трампа и войны с его «ядерными» избирателями. Отсюда – попустительство мэров и губернаторов-демократов крайностям в виде полного упразднения полиции и недопущения в их штаты и города федеральных сил правопорядка. Но за этой внешней сторонкой протестов следует видеть их реальную, объективную историческую основу.

В этой связи надо учесть, что идущие в США расовые протесты – лишь доля более обширного раскола внутри американского общества, который может, при определённом стечении обстоятельств, привести к гражданской брани. А её предпосылки в США сохраняются на протяжении всего времени после окончания первой гражданской войны 1861–1865 гг. Свидетельством тому – бесчисленные конфликты на расовой почве в последнее время, из которых последний крупный (до нынешнего убийства Флойда в Миннеаполисе) был в Фергюсоне в 2014 г.

Но до Миннеаполиса и Фергюсона была Талса, трагедию какой описал Тим Мэдиган – писатель, живущий в Техасе, автор книги «Сожжение: резня, разрушение и расовый бунт в Талсе в 1921 году». Случай Талсы – типическая история для США конца XIX – первой половины XX вв., когда антинегритянские погромы оканчивались реальными боевыми действиями в городах.

Население Талсы тогда составляло образцово 75 тысяч, из них 11 тысяч негров, большинство из которых (до 10 тыс.) жили в районе Гринвуд. В отличие от большинства иных негритянских гетто Америки, это был достаточно зажиточный и благополучный район города. Гринвуд был известен по всей стране как Чёрная Уолл-Стрит Америки, где располагалось немало успешных чёрных предприятий, начиная от офисов врачей и заканчивая продуктовыми магазинами.

Значительная часть его обитателей имела вполне пристойные дома, и даже автомобили. Многие из них владели оружием. Говорили, что это процветание вызывало зависть у белых расистов – жителей Талсы. Ведь получалось, что «неполноценные» негры очутились успешнее, чем «более развитая» белая раса.

30 мая 1921 года белая девушка Сара Пэйдж из Талсы обвинила молодого негра Дика Роуленда в нападении на неё в лифте в середине города и в попытке изнасилования. Однако затем сама «жертва изнасилования» отказалась свидетельствовать против Роуленда, заявив, что между ними попросту возникла ссора. Несмотря на это, Роуланда арестовали, но обвинения показались сомнительными даже полиции Талсы.

Однако 31 мая здешняя газета «Талса Трибюн» опубликовала передовицу на первой полосе под живодёрским (но нормально звучавшим тогда для белого общества) заголовком: «Ныне вечером линчуем негров». Статья произвела ожидаемый эффект. Уже вечером вооруженная толпа местных расистов, среди каких было немало членов Ку-клукс-клана (ККК), собралась у здания тюрьмы, чтобы захватить Роуленда и устроить ему «суд Линча».

Но, помимо полицейских, темницу и Роуленда взяли под вооружённую охрану местные негритянские ветераны Первой мировой войны из чёрной общины Гринвуда. Первое боестолкновение закончилась не в прок нападавших. Потеряв несколько человек убитыми, расисты отступили. Среди защитников тюрьмы погибли двое. Тогда Клан огласил в городе и в округе мобилизацию, призвав защитить белое население от «чёрных убийц». На призыв откликнулось около двух тысяч человек.

Ранним поутру 1 июня тысячи вооруженных белых напали на город. В ответ часть мужского населения Гринвуда быстро организовалась и поднялась на защиту своих жилищ, а остальные бросились бежать, спасаясь от погромщиков. Одновременно местный шериф, комиссар полиции и судья штата потребовали Национальную гвардию, но не для обуздания расистов, а чтобы помочь «подавить восстание негров».

Ещё до подхода отряда нацгвардии на улицах Гринвуда завязались натуральные уличные бои. Поначалу расисты не имели успеха, поскольку негры упорно защищались, используя свои жилища в качестве твердынь. Ведь отступать им было некуда. Но на помощь расистским погромщикам прибывало всё новое и новое подкрепление с оружием, которое гарантировало им подавляющее численное превосходство над негритянским ополчением. Дело даже дошло до применения авиации.

Местная организация ККК держала на городском аэродроме несколько учебно-спортивных бипланов, с каких негритянские кварталы подверглись настоящей бомбардировке динамитными шашками и самодельными зажигательными бомбами.

Это вызвало пожары по всему Гринвуду, в итоге которых сгорели дотла целые кварталы деревянных коттеджей.

Наконец, около полудня в город из Оклахома-Сити прибыл потребованный шерифом отряд Национальной гвардии. Но к этому времени Гринвуд был уже уничтожен, а отряды погромщиков, в значительной степени, рассеялись. Командир отряда, оценив обстановку, предпочёл не мешаться в происходящее, ограничившись охраной нескольких крупных общественных зданий за пределами Гринвуда, в которых обитатели гетто, бежавшие от погромщиков, могли отыскать укрытие. Благодаря этому от смерти и избиений было спасено несколько тысяч человек, преимущественно — женщин, стариков и детей.

В крышке дня жители города наблюдали, как по улицам проезжают грузовики с ранеными и трупами убитых негров, которых хоронили в безымянных могилах в сельской места или возле реки Арканзас.

Итог антинегритянского погрома был страшен: по официальной оценке американского Красного креста, всего в ходе погромов погибло 350 человек; из них распорядка 50 погромщиков, остальные — оборонявшиеся негры. Ранения и ожоги получили порядка 800 человек.

Были разрушены или сожжены 23 храмы, принадлежавшие негритянской общине, больница, похоронное бюро, школа, театр, офисы врачей и адвокатов, гостиницы, продуктовые лавки, рестораны и сотни домов – всего более тысячи строений. Во многих местах уцелели только надворные постройки. Негритянские жильё были разграблены и всё ценное забрано погромщиками, прежде чем они подожгли их. Впоследствии негры Талсы видели свои вещи в домах белоснежных горожан.

Некоторые из тех, кто выздоровел и выжил, покинули Талсу. «Чёрная Уолл-Стрит» прекратила существование, хотя большинство негров из гринвудской общины остались и попытались её восстановить. Но о резне ещё длинное время открыто не говорили; чернокожие боялись местных расистов.

Ужас и трагедия негритянской общины Талсы складываются из сотен отдельных историй, засвидетельствованных в воспоминаниях жертв погромов и впоследствии задокументированных «Историческим обществом Талсы». Вот отдельный из них.

Джексон – гринвудский врач, который пользовался славой одного из лучших чернокожих врачей в США, был застрелен перед своим домом, когда пытался пасть толпе и умолял о пощаде.

Чернокожую женщину застрелили прямо на крыльце ее дома.

Пожилая чернокожая пара была уложена, когда они стояли на коленях в молитве. Один из выживших рассказал американскому историку Скотту Эллсворту, что видел пятерых мужей, запертых в горящем доме. Четверо сгорели заживо. Пятый был застрелен при попытке к бегству, а его тело погромщики отбросили назад в пламя.

Маленькому Джорджу Монро утром 1 июня было пять лет, когда четверо белых мужчин с факелами подошли к его дому в Гринвуде и подпалили занавески внутри. Монро и трое его братьев и сестёр спрятались под кроватью. Один из мужчин наступил мальчику на руку, когда уходил, и сестра Монро затворила ему рот, чтобы он не закричал. Впоследствии Монро рассказывал своей сестре: «Я жил с этим каждый день. Это было просто ужасно, как это случилось. Я попросту удивляюсь, как люди могут быть так жестоки друг к другу без всякой причины».

А на следующий день, 2 июня, здешнее издание «Талса Трибюн» под заголовком «Чернокожие, взятые под стражу, образуют пёстрый парад на стадионе» восторженно и без тени замешательства описывала совершенно дикое и позорное для цивилизованной страны зрелище, т.н. «капитуляцию» чернокожих на улицах Талсы:

«Когда они проходили по самым живым улицам города, они держали обе руки высоко над головой, их шляпы в одной руке, знак их подчинения власти белого человека. Они вернутся не в те дома, какие были у них во вторник днём, а в груды пепла – возмездие разгневанного белого человека за зло, причиненное ему низшей расой».

Вся вина глумливы была возложена на негров, т.е. на жертв погромов, которые якобы напали на белых и тем самым спровоцировали тех на ответные действия. Однако при таких итогах расследования никто из негров – защитников Гринвуда – не был осуждён, что подтверждает сфабрикованный и заказной характер следствия. Молчала пресса. Не было и кораблей, поскольку на них могла вскрыться настоящая страшная картина массового неспровоцированного убийства невинных людей в мирной стране при целом попустительстве, а кое-где и содействии, полиции.

Было очевидно, что власти хотят поскорее замять это преступление расистов. Задержанных выпустили, с Роуленда было снято обвинение в изнасиловании, а настоящие преступники – убийцы – избежали суда и остались на свободе. (Возможно, среди становящихся на колени перед неграми кушать их более совестливые потомки, знакомые с этой историей, которые испытывают чувство вины и жгучего стыда за своих предков. Кто ведает?).

Только в 1995 году, когда Законодательное собрание Оклахомы создало комиссию по борьбе с расовыми беспорядками в Талсе, янки узнали, сколько чернокожих было расстреляно, сожжено заживо. Но любой, побывавший в Талсе несколькими годами раньше, никогда бы не разузнал, что это вообще произошло.

В настоящее время в США осуждают эту историческую трагедию, и в знак вечной памяти в Талсе установлен мемориал её жертвам.

Нынешние расовые протесты из-за смертоубийства белым полицейским негра Флойда в Миннеаполисе, как и сопоставимые по масштабам протесты в 2014 г. в Фергюсоне, как видно, пока ещё лишь неяркая тень того, что творилось в США в 20-е годы прошлого века. В арсенале у нацгвардии США есть авиация, а ещё танки (которые тогда лишь принимались на вооружение) и современная ракетная артиллерия…

Напомним, всё описанное происходило в США за 12 лет до прихода нацистов к власти в Германии с их законами о «расовой гигиене».

И – за 18 лет до основы Второй мировой войны, в которой немецкие и японские идейные побратимы американских расистов со звериной жестокостью и изуверством сжигали цельные города и посёлки «расово-неполноценных» с их «просвещённой» точки зрения русских, китайцев и других народов. Системный расизм в США того поре сближает эту страну с нацистской Германией.

Показательно, что в 90-е гг. XX в. речь всё ещё шла только о трагедии, а не о преступлении расистов, которое стало причиной этой трагедии Талсы. Но последовательность проблем и ответов о роли рабовладения и расизма в идеологии американской государственности и нынешнем неравном социально-экономическом положении негров США логично вывела сейчас социальное мнение этой страны именно на вопрос о конечных виновных за массовые преступления расистов. А ими были, в том числе «отцы-основатели» США, как основатели системы дискриминации по краске кожи, не говоря уже о конфедератах.

Ситуация с расовой сегрегацией и угнетением негров в южных штатах США ещё в 50-е – 70-е гг. XX в. не сильно отличалась от первой половины этого столетия. Таблички «Только для белых», «Собакам и неграм вход воспрещён» в южных штатах в это время можно было повстречать повсеместно.

Отдельные от белых и худшие места в кинотеатрах, задние места в общественном транспорте, отдельные входы, отдельные столы, отдельные скамейки, отдельные туалеты, отдельные фонтанчики для питья – всё это было обыденностью.

Ситуация сделалась меняться лишь после мощного и организованного сопротивления негров, во многом под воздействием движения за гражданские права во главе с Мартином Лютером Кингом.

Но, видимо, собственный вклад в ликвидацию режима расовой сегрегации в США внесло и силовое сопротивление негров в рядах организации «Чёрные пантеры». Её мишенью была охрана негритянских гетто от нападения полицейских, белых расистов, членов ККК; для защиты одиноких чернокожих, оказавшихся в белоснежном районе, которых могли жестоко избить и жители района, и вооруженные дубинками полицейские. Они выбрали своей эмблемой черноволосую пантеру, которая никогда не нападает первой, но если напасть на неё, она уничтожит противника.

Но даже сейчас негры на бытовом степени являются объектом насмешек и дискриминации. Как свидетельствуют очевидцы, долгое время жившие в США, официальное и сугубо формальное принуждение к расовому равенству оборачивается тем, что белоснежные полицейские как раз восполняют накопившуюся ненависть к неграм во время таких вот жёстких задержаний, как в случае с Флойдом. Статистика чётко подтверждает этот тезис.

Отчего важно нам, в России, знать и правильно оценивать эти исторические детали расового угнетения в США и именно в контексте нынешних антирасистских протестов?

В заинтересованностях РФ, чтобы реальное антирасистское движение на Западе вышло из-под контроля демократов и всякого рода «соросов», получило свою организацию, осознало собственные мишени, создало свою идеологию и стало самодостаточным. В этом случае антирасистское движение избавится от экстремизма, который ему навязывают кураторы из правящих сфер США, направляя негритянских активистов на ложные цели.

Как показывают нынешние протесты в США, современные негритянские и левые организации, к сожалению, хватают на вооружение методы белых расистов прошлого: погромы, физическое насилие, запугивание, а кое-где и убийства. Но, очевидно, что не белые мещане должны быть целью негритянского движения, а устройство американского государства, его идеология и правящий класс.

Это непременное условие целеустремлённой войны за реальное, т.е. социально-экономическое и бытовое равенство негров и цветных в США с белыми. Успех такой борьбы ускорит превращение США в нормальное страна.

Суть в том, что навязчивое, агрессивное мессианство американцев (причём всех, а не только государственной власти) – это последствия именно англосаксонской протестантской политической цивилизации белых рабовладельцев, которая легла в основание государственности США.

Ликвидация протестующими символов рабовладения в виде разрушения памятников отцам-основателям США и иным видным фигурам американской истории является в этой ситуации одновременно ликвидацией идейных основ американской государственности совместно с мифом «об особой роли США в мире». Современные расовые протесты также очень важны тем, что изобличают лицемерную западноевропейскую политическую цивилизацию.

Дело в том, что евроатлантические либеральные представления о правах и достоинстве человека, разделении властей, независимом суде, презумпции невиновности и проч. имеют существенный изъян – они работают только для «своих». При этом в число «своих» изначально входили только белые. В отношении негров, индейцев, китайцев и др. в США и Европе эти стандарты не работали, потому что их не считали людьми, равными белым.

В условиях европейского колониализма подобный изъян западной культуры стал в крышке XX в. источником антигуманных теорий «превосходства белой расы», «бремени белого человека», которые породили свою крайнюю версию – изуверскую гитлеровскую идеологию расово-этнической неполноценности народов. Ровную ответственность за это несёт либеральная евроатлантическая политическая культура.

После разгрома Советским Союзом нацистской Германии и освобождения им Европы в западном вселенной произошли существенные изменения, которые выразились в расширении круга «своих», но принципиальное деление на «своих полноценных» и «чужих неполноценных» осталось. Разумеется, в их число сейчас попадают не по биологическим признакам (как в гитлеровской Германии в арийцы зачислялись голубоглазые блондины), а по признакам культурно-политическим.

Те, кто принимают непременный набор «западных ценностей» – «свои» (т.е. полноценные), кто не принимает – «чужие (неполноценные)». И в этом смысле ничего на евроатлантическом Закате, ядром которого является англосаксонская политическая культура, со времён гитлеризма не изменилось.

Соответственно, и высокие стандарты прав человека, и «презумпции невиновности» работают на Западе лишь для стран и народов, которые входят в число «своих». Для тех, кто никогда не войдёт в число «своих», для Запада всё достоверно наоборот: презумпция виновности, отказ говорить на равных, высокомерие, отказ в объективной оценке и в праве быть выслушанным, обвинения без фактов и т.д.

Потому на Западе могут принять сотни тысяч беженцев, к которым относятся как к неполноценным дикарям, которых нельзя строго карать за «шалости» (убийства, изнасилования), поскольку у них в западной культурно-политической среде есть перспектива интегрироваться в местное общество, принять западные «ценности», сделавшись «полноценными».

А у русских, китайцев, иранцев и др., идущих путём самобытного развития, такой перспективы нет. С точки зрения Запада – они неприятели, да ещё и «неполноценные» в смысле морали и человеческого достоинства.

На этом фоне расовые протесты на Западе разоблачают лицемерие Запада и человеконенавистнический нрав планов евроатлантических правящих кругов в отношении незападного мира, вскрывают порочный круг «своих». Они помогают России и вселенной разоблачать ничтожество и убогость попыток колонизаторов-рабовладельцев и их наследников «учить жить» всех остальных. 

Вам также может понравиться