К крышке XVIII века русские подчинили себе практически все, неизвестные еще какое-то столетие назад, сибирские земли. Ценный пушной зверек на уже освоенных территориях истощался, добыча и поступления ясака мертвечины. Это вынуждало двигаться дальше на восток. Одной из последних территорий, присоединенных к России из желания получить как можно больше «мягкой рухляди», была Камчатка. Во многом это была заслуга Владимира Атласова – еще одной ослепительной личности среди сибирских первопроходцев.

Владимир Атласов: человек, завоевавший Камчатку

Спокойная жизнь

Первое время Атласов весьма отличался от других «сибирских конкистадоров». Уроженец Великого Устюга, он угодил в Сибирь по стопам отца (тоже, кстати, Владимира Атласова), служившего на фронтире обычным казаком.

Нет, Атласов-сын не брезговал трудом «в поле». Он исправно собирал ясак еще в 1682 году, применяя типичную для мест и эпохи убедительность оружия и набор заложников. Но, обученный грамоте, он при любом спокойном случае старался занимать какую-нибудь не подразумевающую длительных походов должность. С 1683-го наш герой проживал в Якутске и надолго оттуда не выезжал. Породил сына, обзавелся отдельным домом, приусадебным огородом.

Другими словами, за меховыми Эльдорадо в неизведанные земли не рвался – и в Якутске было неплохо. Но в 1691 году, спустя почти 10 лет сравнительно спокойного проживания в крупном (по меркам времени и места) городе, все изменилось.

Анадырь

Незадолго до этого времени Атласов занимался подпольными самогонщиками и живущими в окрестностях туземцами. Но в итоге превысил полномочия, спровоцировал поток жалоб, разбирательства и наказание. Показательно, что работал он так не из корысти (что уже само по себе заслуживало внимания), а, скорее, из любви к мордобою и порядку – эдакий шериф, не особо разбирающийся в методах.

Как бы то ни было, спускать такое было невозможно, и Атласова публично выпороли, а потом отправили на Анадырь. Тамошнюю службу он начал с козырей – почти сразу поругался с приказчиком Анадырского острога, за что получил еще батогов. Но в 1695 году, спустя несколько лет службы и заведения дружественных отношений с нужными людьми, Атласов сам стал приказчиком.

Владимир Атласов: человек, завоевавший Камчатку
Как-то так, скорее всего, выглядел Анадырский острог

За несколько лет до этого с Анадыря на Камчатку уже ходили небольшие русские отряды. Особенно успешным был поход Луки Морозко – в 1696 году он, взяв 15 казаков и 40 лояльных юкагиров, прошел почти до половины полуострова. Но в итоге развернулся – Камчатка оказалась плотно заселена неплохо, по сибирским меркам, организованными и вооруженными людьми.

Но зато меха там было хоть завались – Морозко вернулся с массой шкурок, в том числе, и крайне ценной чернобурой лисы. Атласов почуял добычу, и стал собирать крупный поход.

Манящий полуостров

Атласов выдвинулся на Камчатку в самом начине 1697 года. У него было 124 человека – половина казаков и половина союзников-юкагиров. По меркам Анадыря и окрестностей это бывальщины крайне серьезные силы, с которыми можно было претендовать на полноценное подчинение края.

Перевалив через Корякское нагорье, Атласов поделил силы ровно наполовину. Отряд из 30 юкагиров и стольких же казаков под командованием Луки Морозко двинулся по восточному побережью, Атласов же избрал себе западное. Это позволяло собирать больше ясака и подчинять больше земель.

Но все планы расстроили атласовские юкагиры, решившиеся налететь на русских. Это был не простой, бессмысленный и беспощадный, бунт – в случае успеха они планировали идти на ослабленный Анадырский острог, и захватить его.

Какое-то пора все висело на волоске, но потерявшим 6 человек убитыми, большей частью израненым казакам, удалось укрепить обоз, и держаться до тех пор, пока на выручку не придет Морозко, к какому смогли послать гонца. Бунтовщики бежали – позже они будут партизанить на коммуникациях, нападая на анадырско-якутские конвои. Часть юкагиров осталась. Разъяренный Атласов всыпал им плетей, но шагать дальше не стал – ему еще были нужны люди.

Оленьи бега

Теперь у него осталось 85 человек: 55 казаков и три десятка притихнувших юкагиров. Атласов разорял острожки отказывавшихся покориться коряков. Позже он наткнулся на поселения ительменов – у тех как раз в самом разгаре бывальщины внутренние свары. Часть туземцев перешла под русских сразу – другая, конфликтовавшая с первой, тянула время.

Владимир Атласов: человек, завоевавший Камчатку
Юкагиры в традиционной платью. Фото сделано в начале XX века, но изменилось немногое

Перезимовав, Атласов решил всерьез взяться за колеблющихся ительменов, и пошел подчинять покойных и громить непокорных. Но вскоре он отвлекся – случился корякский рейд, в результате которого неспокойные туземцы увели оленей у лояльных юкагиров.

Оставлять попросту так эту выходку было нельзя – без транспорта союзники стали бы практически бесполезны. Поэтому Атласов рванул за коряками, догнать каких удалось только почти у самого Охотского моря. Последовала битва, ожидаемо закончившаяся разгромом похитителей и возвращением оленей.

Разрешив, что этого мало, Атласов двинулся в земли других коряков-оленеводов. До тех уже дошли слухи о неудаче соплеменников. Понимая, что встреча с разозленными русскими ничем неплохим не кончится, коряки снялись с насиженных мест и ушли. Но после длившейся целых полтора месяца погони были настигнуты и расшиблены. Олени достались победителям.

Японское чудо

В процессе разорения туземных острожков казаки обнаружили пленного японца по имени Денбей. Бедняжка служил на торговом судне, выполнявшем рутинное каботажное плаванье вдоль берегов Японии, но внезапный шторм унес посудину в отворённое море. Японцев долго мотало по волнам, пока не выбросило на камчатские берега. Денбей был последним выжившим из команды и крайне обрадовался русским. Атласов тоже смекнул, что к чему: японец владел грамотой и мог немало что поведать.

Поэтому Денбея взяли с собой и позже доставили в Москву. Там он увиделся с самим царем Петром, наказавшим гостю организовать обучение японскому стилю и составлять словари с пособиями. Этим Денбей и занимался до самого конца жизни, наступившего, как считается, где-то в районе 1710-х годов.

Триумф

Перезимовав еще раз, Атласов разрешил возвращаться в Анадырь. Не всем воинством – всё-таки всё планировалось как полноценное завоевание, а не обычный, пусть и крупный рейд. Поэтому он поделил свои силы на части, и занял ими два укрепленных зимовья, а сам 17-ю казаками, богатой соболиной казной и 30-ю юкагирами двинулся в Анадырский острог.

По линии – какой сюрприз! – произошло очередное предательство юкагиров. Наученные горьким опытом русские были настороже и откололи атаку. Туземцы скрылись. После этого отряд продолжил путь, благополучно дойдя до Анадыря.

Владимир Атласов: человек, завоевавший Камчатку
Доспехи коряков

В 1701-м Атласов пришёл в Москву, представив царю подробный отчет о Камчатке. У него не получилось закрепиться на полуострове – оставленные там отряды вскоре бывальщины перебиты хитрыми туземцами. Но Атласову удалось нечто более важное. Благодаря ему и действенным аргументам в виде множества соболиных шкур о Камчатке заговорили в Москве. И взялись за нее всерьез. На полуостров хлынули казаки и служилые люд, вскорости заставившие туземцев крепко пожалеть обо всех своих «хитрых планах».

Ангарский инцидент

По дороге обратно на Камчатку Атласов угодил в неприятную историю – его казаки ограбили купеческий караван, шедший по Ангаре. Времени прошло много, информации дошло немного – в основном только челобитные и отрывочные материалы следствия. Поэтому среди исследователей единства трактовки нет.

Согласно одной версии, Атласов (как и многие казаки преходящ покорения Сибири) просто грабил все, до чего мог дотянуться – и везущие дорогие товары купцы были тут самым лакомым пирогом. И ангарский караван с китайским шелком тут вдали не единственное, что пострадало – остальных просто резали, и концы в воду.

Другая же точка зрения состоит в том, что Атласов наткнулся на собственность уже умершего самостоятельно купца. Мало того, взял товаров только на сумму, положенную ему от царя за свои камчатские приключения, и под расписку. А уж после наследники торговца написали челобитных, подкупили свидетелей, в общем, завалили следствие кипами вранья и «дезы».

Как бы то ни было, несколько лет Атласов провел в заточенье в Якутске. Но к 1707-му его вновь отправили приказчиком на Камчатку – то ли потому, что следствие установило невиновность, то ли оттого, что на полуострове срочно требовались многоопытные и решительные командиры.

Второе пришествие и гибель

Если дело было в последнем, то основания имелись. Край полыхал – шла полномасштабная брань между русскими и местным населением. Невинными хиппи, вынужденными к активным действиям приходом завоевателей, коряки и ительмены не бывальщины – они увлеченно резались между собой задолго до пришествия белых людей. В ходу было коварство, отточенные приемы неожиданных нападений и пытки ради удовольствия – особенно популярным развлечением было выколоть глаза пленного деревянными спицами, а после медленно его прикончить.

В таких условиях дисциплина была важнее всего – и Атласов ее нещадно насаждал. Привыкшие к вольнице казаки взбунтовались – Атласова посадили в темницу, параллельно принявшись строить челобитные в Москву. Покоритель Камчатки не растерялся и бежал. Но он так и не смог вернуть себе контроль над полуостровом. Несколько лет спустя после основы бунта, в 1711 году, он все же попался находящимся в то время на пике мятежникам и был убит – зачинщики боялись решительности и авторитета Атласова, какие могли сыграть против них в будущем.

Несколько лет спустя Россия все же наведет порядок на полуострове, разобравшись как с мятежом, так и с неспокойным здешним населением. Но все это произойдет уже без Владимира Атласова – человека, с чьих действий все и началось.

Источник

Вам также может понравиться