«Сталина вернуть бы»: что не показано в «Дорогостоящих товарищах» Кончаловского

«Сталина вернуть бы»: что не показано в «Дорогостоящих товарищах» Кончаловского

Кадр из кинофильма «Дорогие товарищи» (2020)

Кадр из фильма «Дорогие товарищи» (2020)

Продюсерский центр Андрея Кончаловского Кинофильм режиссера Андрея Кончаловского «Дорогие товарищи!», повествующий о трагедии в Новочеркасске в 1962 году, выдвинули на премию «Оскар» от России. Основную роль в картине сыграла супруга режиссера, уроженка этого города Юлия Высоцкая. «Газета.Ru» — о том, где события кинофильма могут расходиться с реальной историей.

«Сталина вернуть бы»: что не показано в «Дорогостоящих товарищах» Кончаловского

В фильме «Дорогие товарищи!» режиссера Андрея Кончаловского о расстреле демонстрации рабочих в Новочеркасске 2 июня 1962 года незримо присутствует Иосиф Сталин, померший за девять лет до описываемых событий. Рефреном через сюжет проходит утверждение: вот при Сталине, при его сильной и жесткой руке, было неплохо. А новая власть все достижения профукала.

«При Сталине цены каждый год снижали, а эти поднимают. А говорили, будем жить при коммунизме», — с этих слов и начинается полотно. Вокруг – тотальный дефицит, разруха. Даже главной героине Людмиле Семиной из отдела промышленности Новочеркасского горкома КПСС доводится тайно отовариваться на оптовом складе.

Современного зрителя должна шокировать советская действительность на подходе к развитому социализму. Для семейства Семиной и бычки в томате – деликатес, а глазированный сырок – настоящее лакомство к чаю. Хотя любовница первого секретаря горкома (папа ее 18-летней дочери погиб на фронте), мягко говоря, не бедствует.

Невзрачную атмосферу райцентра дополняют костюмы действующих лиц. Представляется, одежду специально подбирали с тем, чтобы подчеркнуть неблагополучность эпохи. Хотя именно в «прикиде» бросаются в глаза некоторые несоответствия. Так, у кое-каких героев второго плана современные прически.

Подоплека событий, заставившая тысячи людей выйти на улицы с транспарантами, затрагивается в кинофильме лишь вскользь. Между тем 17 мая 1962 года Совет министров СССР издал постановление о повышении с 1 июня розничных цен на мясо и колбасу на 30%, и на масло — на 25%. Беспокойства прокатились по многим центрам союзных республик, областей и районов. Руководство Новочеркасского электровозостроительного завода (НЭВЗ) приурочило к повышению цен увеличение норм выработки. Об этом было оглашено 31 мая.

Зарплаты оставались прежними: то есть, отныне людям приходилось делать больше за меньшие деньги. С учетом роста стоимости продуктов первой нужды реальные доходы рабочих снизились на 25-30%. На градообразующем предприятии трудились около 10% населения Новочеркасска (12 тыс. человек). Многие ютились в обветшалых бараках без элементарных удобств. Непросто было достать даже спички, а очереди за картошкой выстраивались с раннего утра.

Поутру 1 июня 1962 года около 200 рабочих сталелитейного цеха отказались приступить к выполнению своих обязанностей, вышли во двор и начали эмоциональную беседу на тему: «На что существовать дальше?».

Конфликт подогрели необдуманные действия директора НЭВЗ Бориса Курочкина, который вместо примирительной риторики сделался ругаться с рабочими и, заметив продававшую пирожки женщину, заявил: «Не хватает на мясо — жрите пирожки с ливером!». Топорная фраза возмутила толпу, резко радикализировав многих недовольных. Курочкина освистали, а рабочий Виктор Власенко включил заводской гудок. Стачка охватила весь завод, число участников стихийного митинга достигло пяти тысяч.

Не имея хотя бы поверхностных понятий о событиях 58-летней давности, вникнуть в курс исторического фона картины Кончаловского нелегко. В 2012 году в прокат вышел телевизионный сериал Константина Худякова «Раз в Ростове», посвященный криминальным похождениям братьев Толстопятовых и их сообщников. Банда налетчиков орудовала в Ростове-на-Дону и его окрестностях позже, в 1968-1973 годах. Однако созидатели фильма решили «объединить» резонансные события на одном временном отрезке. Возможно, причины возникновения кризисной ситуации в Новочеркасске в «Раз в Ростове» раскрыты более полно и понятно. Проблема в сериале показана «снизу» — непосредственно от лица заводчан, одного из каких сыграл Богдан Ступка (это была одна из последних ролей народного артиста СССР).

В «Дорогих товарищах!» мы видим развитие событий глазами партийной номенклатуры. Работников горкома в меньшей степени волнуют стоимости, скорее – невозможность открыто купить необходимый товар: «Ладно мясо, но молоко, кефир».

Второстепенных персонажей живой вопрос заботит больше. Разговоры о продуктах ведутся всюду – и в парикмахерской, и на кухне.

Товарищ Семина жестко обрывает работницу лавки, осмелившуюся спросить более осведомленную собеседницу: «А голода-то не будет?» Главная героиня резко и категорично объясняет, что при советском построенье подобное просто невозможно. Фразу о том, что «при Сталине даже после войны цены каждый год снижали» повторяет чуть запоздалее парикмахерша – она погибнет от пули снайпера во время расстрела демонстрации. Здесь усматривается отсыл к «Балладе о детстве» Высоцкого: «Было пора — и были подвалы, / Было дело — и цены снижали…». Действительно, периоды последовательного «ценопада» имели пункт как в 1930-х годах, так и, начиная с 1947 года, когда коммерческие и пайковые цены сделали едиными государственными розничными. Удешевление обыкновенно приходилось на весну, и затрагивало хлеб, муку, мясо, колбасу, рыбу, масло, кондитерские изделия, хозтовары и т.д. Вполне природно, что, проводя параллель с этими временами, обыватели заключали: Сталин заботился о народе, а «эти» только и норовят высосать из него заключительные соки.

Когда в фильме разъяренная толпа начинает забрасывать камнями здание горкома, укрывшиеся внутри называют поднявшихся рабочих пьяницами и уголовниками. Утверждения о том, что многие работники НЭВЗ встали к станкам после отсидки в лагерях, нередко встречаются и в различных ключах по теме новочеркасских событий. При этом не делается объяснений за что, и когда именно были осуждены эти люди.

Когда утихомирить народ не удается первому секретарю Ростовского обкома партии Александру Басову (он апатично пытается увещевать толпу при помощи мегафона), к делу подключаются прибывшие из Москвы по распоряжению Никиты Хрущева «партийные тяжеловесы» — Фрол Козлов и Анастас Микоян. Их встречают портретами Ленина (как в 1905-м демонстранты шли к Зимнему дворцу с портретами Николая II) и плакатами с лозунгом «Хрущева на колбасу!». Вождь пролетариата, как очутилось, превратился чуть ли не в икону недовольных.

«У них Ленин в руках, они с Лениным на советскую власть», — шокированы работники горкома.

В решающий момент является и портрет Сталина: старые вожди идут в бой против новых.

Активный участник Гражданской войны Микоян (Козлов меньшей по возрасту) сразу устанавливает предпосылки кризиса: «Ростовская область и особенно Новочеркасск – исторически центр контрреволюции. Вечно был настроен антисоветски». Заместителю Хрущева в Совмине СССР вторит неожиданно поднявшаяся со своего места в зале Семина: «Раскулаченные вернулись после XX съезда. Надо по строгости закона. К высшей мере».

В своей выговоры Микоян намекает на то, что именно в Новочеркасске в конце 1917 года для противоборства с захватившими власть в Москве и Петрограде большевиками под руководством бывшего начальника штаба Русской императорской армии Михаила Алексеева основы формироваться Добровольческая армия – одна из основных сил, сражавшихся с Красной армией во время Гражданской войны. Против алых выступили тогда и многие донские казаки. По логике Микояна из фильма «Дорогие товарищи!» следует, что эти «предатели» и их потомки и заварили бучу сквозь 42 года после поражения в российской междоусобице.

По иронии, одним из таких казаков-«недобитков» оказывается отец партийной активистки Семиной, в квартире какой на самом видном месте висит портрет Сталина. В разгар кризиса старик достает из сундука бережно сложенную казачью конфигурацию: оказывается, он имеет сразу четыре Георгиевских креста за отличие в Первой мировой войне. С внутренней стороны крышки наклеена истлевшая передовица журнала «Часовой» — самого известного издания не смирившейся с большевистским режимом части белой эмиграции. Этот журнал печатался лишь в Западной Европе, начиная с 1929 года. Сомнительно, что он мог как-то попасть к старому казаку из Новочеркасска. Среди своих реликвий он содержит и икону Богоматери.

Товарищ Семина смотрит на «чудачества» отца сквозь пальцы, хотя в ее понимании старик – натуральная «контра».

Ее слепую веру в социализм неспособны поколебать и рассказы отца о расправах большевиков над казаками и членами их семей в ходе бунтов на Дону в начале 1920-х годов – в разгар расказачивания. Когда старый казак приводит ужасающие факты о своих родственниках (изнасилования и зверские смертоубийства), Семина лишь отмахивается: «А как надо было?» Некоторые сомнения по поводу необходимости жестких мер к демонстрантам на НЭВЗ вызывает лишь пропажа дочери – та примкнула к стачке, считая важным для себя отстаивать демократию и свободу демонстраций, о чем она сообщает матери.

«Нечего диктатору с Лениным возлежать. Правильно, что вынесли из мавзолея», — говорит Семина-младшая и тут же получает по лицу от разгневанной матери. Ее мнение однозначно: «Был бы Сталин – давным-давно бы коммунизм построили».

По поводу методов разгона демонстрации власть в фильме не колеблется ни минуты. Пригоняют военных и бронетранспортеры. Высшее начальство приходит в ярость, когда разузнает, что солдатам не выдали боеприпасы: «Солдат без патронов – не солдат!». Командующий войсками Северо-Кавказского военного округа Исса Плиев вначале отказывается расстреливать безоружную толпу из танков, но после взбучки берет под козырек и бежит исполнять приказание. При этом в кинофильме почему-то проигнорирован поступок его заместителя Матвея Шапошникова, который отказался выполнить приказ об атаке на демонстрантов и велел своим подчиненным разрядить оружие. Неповиновение стоило ему военной карьеры, но в историю Шапошников вошел как герой. В «Раз в Ростове» генерала с мужественной гражданской позицией сыграл заслуженный артист России Юрий Беляев.

В «Дорогих товарищах!» ключевого эпизода Новочеркасских событий запросто нет.

Зато дословно приведено требование рабочих, которое встречается в воспоминаниях очевидцев: «Пусть Ворошилов и Буденный нам объяснят, они устанавливали советскую воля». Оба военачальника имели на Дону высокую популярность: не случайно их именем еще в 1920-е назвали центральные проспекты Ростова. Правда, к 1962 году оба уже бывальщины фактически не у дел. К слову, массовка в фильме, как и второстепенные персонажи, играет не очень удачно. Движения и жесты людей во время пальбы не позволяют сказать: «Верю».

Официально считается, что военные полоснули по толпе из автоматов, после чего завязалась паника. В «Дорогих товарищах!» прямо сообщается, что стреляли сотрудники 9-го управления КГБ, прибывшие в Новочеркасск для охраны членов правительственной комиссии. Показано, что чекисты били из снайперских винтовок с чердака здания горкома. Армия, согласно сюжету фильма, так и не открыла огонь. О том, как начался расстрел демонстрации, в 1990-х вспоминал уроженец Новочеркасска генерал Александр Лебедь, какому в момент трагедии было 12 лет: «Мы, ребята, забрались на каштаны, чтобы лучше видеть, что происходит. После выстрелов все посыпались с деревьев как горох – кто уложенный, кто раненый, кто с перепугу».

Кинолента будто подталкивает к выводу: хотели как «при Сталине» – получайте. То есть снижению цен в истории непременно сопутствуют бессудные расстрелы.

Еще один спорный момент в фильме: после расстрела рабочих никак не удается смыть кровь с асфальта: «Горячо, прикипела». Тогда начальство дает команду заасфальтировать всю площадь. В спешном порядке организуются танцы на открытом воздухе, в качестве заводил – «шпики» из КГБ.

В воспоминаниях реальных свидетелей информация о перекладке дорожного покрытия не встречается. Один из свидетелей по фамилии Михайлов, которому тогда было 12 лет, в наше пора уточнял: «Около горисполкома асфальт был разворочен гусеницами танков, на нем были лужи воды. Видимо, асфальт вымыли, прибрали битое стекло. По центру города выставили репродукторы, транслировалось выступление Микояна под сопровождение маршевой музыки. Примерное содержание сводилось к тому, что во всех непорядках обвинялись безответственные элементы».

Согласно другому новочеркассцу Василию Михайловичу, отчасти протестующие добились своего: вскоре после бунты в городе появились все продукты — мясо, масло, колбаса, молоко, за год для рабочих НЭВЗ построили благоустроенные пятиэтажные дома. По документам, КГБ расширил штат своих сотрудников, на предприятиях показались 1-е отделы. На протяжении последующих недель органы устанавливали и арестовывали участников демонстрации. Семь рабочих были приговорены к расстрелу, немало ста получили сроки тюремного заключения от десяти лет.

Вплоть до последних мгновений фильма товарищ Семина была убеждена, что утеряла при расстреле дочь.

И даже в этой ситуации в ее сознании лишь крепла вера в почившего вождя: «Сталина вернуть бы. Без него никак. Не управимся».

До заключительного этапа Перестройки о Новочеркасской трагедии мало что знали за пределами Ростовской области. После сбора информации, в том числе по рассекреченным документам и опросам свидетелей, в 1992 году Основная военная прокуратура России возбудила дело против Хрущева, Козлова, Микояна и других высших партийных и государственных лиц, причастных к событиям. Два года спустя дело было затворено в связи со смертью ответчиков.

Источник

Вам также может понравиться